Спектакль “Перед заходом солнца” по пьесе Герхарта Гауптмана в Академическом драматическом театре им. М. Горького — особенный, ведь в нем занят старейший актер, народный артист СССР Ростислав Янковский, известный зрителям по многочисленным работам не только на сцене, но и в кино, на телевидении. Полагаю, пьеса взята к постановке именно “под Янковского”, да и многие зрители приходят увидеть его новую роль.
Ожидая начала действия, мы с режиссером Пражского театра Мирославом Колларом, внимательно рассмотрели добротно сделанные декорации. Тут есть все: художественный образ, эпоха, незыблемость устоев крупного немецкого капиталиста довоенной Германии. Сценография Александра Костюченко объемна. Она захватывает все пространство сцены, создавая тем самым благоприятные условия для режиссерского и актерского творчества. Такое, я бы сказал, классическое художественно-декорационное решение вызывает гордость за театр, подтверждая мысль, что режиссер и художник ушли от надоевших условностей, аллегорий и символов. Это радует. Да иначе и быть не должно. Ведь Борис Луценко — опытный мастер-постановщик, мудрый человек и яркий профессионал психологического театра. В каждой сцене, в каждом эпизоде просматривается режиссерская воля.
Так что же происходит в замке Маттиаса Клаузена? В семье Клаузенов произошла беда: в результате автомобильной катастрофы погибла жена Маттиаса, а он сам попал в больницу. Но это уже позади. Маттиас выздоровел, он возвращается к нормальной жизни: управляет своим обширным делом, остается любящим отцом семейства. Но вот проблема: в больнице он полюбил юную красавицу Инкен, которая способствовала его выздоровлению. Причем эта девушка-сиделка вывела своего пациента из шока неординарным способом: она разбила бутылку и осколком стекла вскрыла себе вены, что и привело к восстановлению психики Маттиаса. Но это там, “за кадром” пьесы и спектакля. Зритель об этом узнает от доктора Шайнца (Олег Корчиков), верного друга Клаузена. А дальше, как следствие любви старого вдовца и юной сиделки, возникает внутрисемейная драма, в которой основной конфликт — между отцом и детьми.
...На всех этапах жизни театра им. М. Горького Ростислав Янковский — этот Владыка сцены — безукоризненно служил в Храме Искусства. И вот сейчас он снова с нами. Нынешний герой Янковского — человек светлого ума и большой воли.
Первая встреча с Инкен... Как же он робок, этот сильной воли старик! По-юношески застенчив, неуклюже держит скромный букетик цветов, а в глазах мы читаем вопрос: как выразить горячие чувства любви к этому юному существу, подаренному судьбой? И он не смог, не посмел, сдержался... Герой Янковского горяч, темпераментен, его смелое сердце открыто любви и нежности. Мы видим, как клокочет в нем страсть. История свидетельствует, что Герхарт Гауптман несколько раз переделывал сюжет пьесы, исходя из собственного жизненного опыта (в 70 лет писатель полюбил 18-летнюю актрису). Автор все более глубокими делал образы Маттиаса и членов семейства. Образ же Инкен оставался неизменным.
Мне в разные годы довелось смотреть спектакли по этой пьесе в Таллинне, Дрездене, Праге, Москве. Наиболее убедительным, в понимании любви Инкен к 70-летнему старику, мне представляется дуэт Царев — Вилькина в Малом театре Москвы. Что касается театра имени Горького, то внешне актриса Анна Пинкевич выглядит вполне убедительно, особенно в первом своем появлении в доме Клаузенов. В целом же актрисе не удается подняться до уровня Любви Маттиаса. Чего, на мой взгляд, не добился режиссер и актриса в этом образе, так это страсти! Безудержной, безрассудной, горячей. Создается впечатление, что артистка взяла за основу авторскую характеристику: “Инкен Петерс — северянка”. Если “северянка” — значит, холодная, бесстрастная. Актриса как бы смущается объятий и ласки этого доброго, мудрого, трепетного человека — Маттиаса-Янковского. Даже такая сокровенная фраза: “Эта ночь моя” — лишена поэзии, таинственности, любви. Неужели “давит” авторитет Маттиаса-Янковского? Не создав и не передав искреннюю, “джульеттовскую” любовь, как героиня говорит — “до самой смерти”, она наводит зрителя на мысль: “Эта девочка любит старика за деньги”. Тогда, получается, дети правы: “Петерс обкрадывает семью”, а этого быть не должно. Сегодня Инкен-Пинкевич отведено место пассивной наблюдательницы всех страстей в доме Клаузенов, но не участнице. Она лишь захвачена любовью, но не одержима ею.
Вернемся, однако, к семье Клаузенов, где бушуют явные и скрытые бури. Впечатляют своей глубиной и динамизмом кульминационные сцены — “обед”, “отречение отца от детей”, “возбуждение иска”. Семья одержима единой целью — сломить отца, не допустить этого “ужасного брака”. Интересный, яркий образ Беттины создает Бэла Масумян. Поражает своей многоплановостью образ Вольфганга, созданный Вячеславом Солодиловым.
Хочу отметить работу композитора Александра Ренанского. Давняя и долгая творческая дружба связывает его с Борисом Луценко. Она плодотворна. Это подтверждает и нынешняя постановка. Музыка Ренанского — глубокий сценический образ, который органически вплетен в единый художественный стиль спектакля.
Спектакль “Перед заходом солнца” состоялся. Он удачно вписался в афишу прославленного театра. Глубокое содержание его и классическая форма свидетельствуют о значительном творческом потенциале мастеров сцены. Не сомневаюсь, этой постановке суждена долгая жизнь.
Юрий Сохарь, профессор Карлового университета, г. Прага.
|
