“Вирус Лиха”: “Мы позитивные!”

Странное дело: в какой-то момент мои знакомые, обычно не особенно радующие своим присутствием концерты молодых белорусских групп, начали задавать мне один и тот же вопрос: “Ты знаешь “Вирус Лиха”?”

Я знала “Вирус Лиха”. Озорная рэгги-команда, расплескивающая со сцены радужное настроение и теплые мелодии далекой Ямайки. Запоминающаяся и вызывающая искреннюю симпатию с первого увиденного выступления. А недавно группа альбом выпустила, “Совершенно летний концерт” называется — в укор нынешнему “осеннему” лету, наверное... И все-таки очень интересно...

— Вообще-то сначала было совсем не рэгги, — отвечает басист “Вируса Лиха” Вадим Шклярик. — Мы пробовали себя в панке, хардкоре, блюзе... А как-то летом, послушав песню группы “ЧайФ” “Аргентина — Ямайка: 5:0”, Леша Иванов принес на репетицию первую песню в этом стиле.

Но точкой отсчета мы считаем фестиваль “Русский рэгги”, где участвовали Ольга Арефьева с группами “Ковчег”, “Джа Дивижн”, “Комитет охраны тепла”... Мы всем составом пошли на этот концерт. И посмотрели, как люди делают рэгги. После этого пригласили в группу Таню, аккордеонистку — потому что у “Джа Дивижн” тогда был аккордеон, — потом нашли перкуссиониста... И как-то все остальные сами собой отпали, осталось только рэгги.

Причем у нас ведь не та музыка, которую играл Боб Марли, не рэгги по-русски. Это эксперимент. Есть, например, вставки ска. Хотя ска обычно с духовой секцией, а у нас ее нет, мы все равно упорно играем и говорим, что это ска...

— В Москву нас приглашали еще в 2001 году, после участия в фестивале “Legalize it”. Но тогда отдельные участники коллектива были не готовы, поэтому ничего не получилось. А в 2002-м у “Джа Дивижн” был мини-тур по Беларуси (Минск и Гомель), и нас пригласили поучаствовать в этом туре. Потом порекомендовали Алексею Свиридову, который в Москве известен как продюсер, занимающийся именно рэгги-группами. Мы выступили в клубе “Форпост”, причем узнали, что там можно сделать запись, и записали “Совершенно летний концерт”. Еще в клубе “Точка” выступили. Потом тот же Алексей Свиридов пригласил нас снова, он и с альбомом нам помог — даже тираж сам привез в Минск. Думаю, будем и дальше сотрудничать.

Кстати, сейчас мы собираемся записать несколько песен на студии, сделать радиосингл. Качество альбома не совсем подходит для радиостанций...

— Просто большая часть группы любит, когда тепло, и не любит, когда холодно. А в этих странах — Бразилии, Эфиопии, на Кубе — тепло, особенно по сравнению с Беларусью...

— На самом деле первоначально эта песня была в стиле хардкор, очень жесткая, но на концертах мы ее не играли ни разу. А недавно реанимировали старый текст про контролеров, придумали мелодию, и стало получаться интересно и забавно. Мы сейчас хотим на нее клип снимать, ведем переговоры с Первым Музыкальным каналом.

— Считается, что люди, которые играют рэгги, обязательно растаманы. А на самом деле растафарианство — достаточно серьезная вещь, целая религия, у которой свои каноны. А рэгги — это просто музыка. Причем у нас это совсем не та музыка, которую растаманы считают священной, культовой. И мы хотели внести ясность.

Правда, мы участвовали в движении “Legalize it”, о чем тоже написано на обложке, но сейчас полностью отошли от этого.

— Мы выступали на антивоенной акции в клубе “Сафари”, когда началась война в Ираке. Но стараемся избежать любой идеологии. Посмотрите, что происходит с белорусскоязычными музыкантами — язык превратился в политическое оружие! Мы поем только по-русски.

— Мы позитивные! Осуждаем проявления агрессии — в песнях наших это есть или подразумевается. Мы за любовь — в глобальном смысле. Поэтому и выбрали рэгги.