Мне довелось побывать на премьере оскароносного фильма Романа Поланского “Пианист”, который представил в Москве сам режиссер-триумфатор. Кроме “Оскара”, фильм собрал немалое количество других наград.
Полански родился 70 лет назад в семье польских евреев. Настоящая фамилия — Либлинг. С 1953 года Роман играл в театре и кино, в том числе у Анджея Вайды в фильмах “Поколение” и “Канал”. На его дебют как режиссера картины “Нож в воде” обрушилась партийная критика, и Полански уехал во Францию. Мировую известность ему принесли ленты “Отвращение” с Катрин Денев и “Тупик”. В 1968 году режиссер уехал в Голливуд, где снял картины “Ребенок Розмари”, “Китайский квартал” с Джеком Николсоном и Фэй Данауэй. Великолепно начав голливудскую карьеру, он вынужден был бежать во Францию — из-за обвинения в изнасиловании 13-летней девочки...
— Правда, что “Пианист” — полуавтобиографический фильм?
— Да. Моя мать погибла в гетто, а я чудом остался жив. Скитался по польским селам и нашел приют в семье католиков. Когда я уехал из Польши работать во Францию, то обещал соотечественникам вернуться и снять про них киноленту. Настало время сдержать свое слово...
— Некоторые критики окрестили ваш фильм приключенческим. Вы с этим согласны?
— Я бы назвал его художественно-документальным. Потому что хотел быть точным даже в малейших деталях.
— Почему все натурные съемки вы снимали в Германии?
— После войны от старой довоенной Варшавы не осталось ничего. Поэтому я восстановил ее облик по памяти в самом большом в Европе кинопавильоне. И потом, для большей достоверности, я хотел, чтобы немцы играли немцев.
— Почему на роль Шпильмана не пригласили голливудскую звезду?
— Я попросил продюсеров найти мне малознакомое лицо. На их объявление откликнулось 1600 актеров. Приходили даже чернокожие женщины. Эдриан Броуди — моя удача. А вот голливудские звезды типа Шварценеггера — не для меня.
— Как относитесь к сравнению “Пианиста” со спилберговским “Списком Шиндлера”?
— Мне это неприятно. Единственное, что нас объединяет, — тема Холокоста. Но мой фильм более лирический и более прочувствованный. Ведь многое в “Пианисте” прошло через мое сердце... Кстати, “Список Шиндлера” предлагали снимать мне. Однако тогда я еще не дозрел. Мне говорят, что на меня влиял Хичкок, но на меня вообще влиять невозможно. Единственный, у кого я учился, это Анджей Вайда, у которого я играл.
— Что вы испытали, когда на церемонии вручения “Оскара” назвали вашу фамилию?
— Радость и облегчение. Я пережил свой личный триумф. Кстати, по окончании церемонии “Оскар” у победителя отбирают. На каждую статуэтку наклеивают ярлык с именем обладателя и потом ее посылают по почте. Когда я открыл коробку, то еще раз порадовался и испытал приятные чувства.
— Вы в России не впервые?
— Я в России в третий раз. Первый раз был как режиссер фильма “Мастер и Маргарита”. Второй раз — когда снимался вместе с Натальей Негодой в картине “Назад в СССР”. Мне, кстати, эта лента очень не понравилась. Мой визит в Россию обычно начинается с водки. В России очень гостеприимные люди...
Артур Мехтиев.
| 
