У нас очень большая семья, и в каждом доме самое почетное место занимает старая фотография, сделанная в Одессе в 1916 году. На этом снимке — молодой красавец-офицер, сидящий на стуле, а рядом — юная девушка со строгим взглядом.
Удивительная и прекрасная пара! Его звали Жан-Иван Александрович Жильберт. Род этот происходил от осевшего на Руси после войны 1812 года французского офицера. Она — Надежда Жигалина, дочь очень небогатого белорусского крестьянина. Где, на каких звездах было предначертано им встретиться?
Война 1914 года. Кавалерийский полк расквартировался в деревне Рудинец, что на Гомельщине. Однажды в дом, где разместили солдат, зашел молодой офицер и увидел такую картинку. На припечек вскочила девушка и стала строго прикрикивать на малышню, расшалившуюся на печке. Родители были на работе, а ее, Надю, оставили за старшую. Увлекшись, она и не заметила, что за ней давно наблюдает кто-то чужой. Оглянулась, а... его глаза оказались напротив ее глаз.
Говорят, что стрела Купидона поражает мгновенно. Видно, и в этот раз она вонзилась в сердце столь стремительно, что Жан-Иван понял: “Вот моя жена”. А “жене”-то было всего 14 лет. И ходила она в школу, играла в куклы и очень радовалась, когда ее тетка, 30-летняя Аня, звала погулять вместе с красивым, обходительным Жаном Жильбертом.
Через несколько недель после знакомства Надя уехала в Гомель. Начался учебный год, а в это время в Рудинце происходили интересные события, имевшие большой резонанс.
Появление военных, молодых офицеров всегда будоражит кровь и воображение провинциальных барышень. А вдруг женишок сыщется! В поповском доме пять дочек на выданье, в панском — не меньше, а богатенький Жан-Иван Жильберт зачастил в беднейший дом, где детей — мал мала меньше. У попа чуть удар не случился, когда, испросив согласия у родителей, господин Жильберт пришел договариваться о венчании с босоногой Надькой. Отказал поп — мала, мол, еще. Поехал к архиерею — и тот отказал. Что делать? Решили поступить так: два года будет ее растить, воспитывать, а как 16 лет исполнится, то поженятся.
О господи, какие еще решения могут принимать влюбленные юноши в 21 год, не обращая внимания на то, что идет страшнейшая война — первая мировая.
Тетя Аня спросила у Надюши, нравится ли ей Жан Александрович. Та ответила, что очень. “А ты его любишь?” “Конечно!” — воскликнула девчонка, уплетая принесенные женихом конфеты. Так и просватали.
А дальше началась сказка. В Гомеле сняли квартиру, где поселилась Надя — дорогая Надин — под присмотром тетки. Появилась прислуга. Самые лучшие модистки и белошвейки обшивали будущую мадам Жильберт. А он служил, воевал и писал удивительные письма.
Так прошли в любовном томлении два года. И вот Надин исполнилось 16 лет, она направляется в Одессу, где в то время стоял полк, на свадьбу. Жан и Надежда утром обвенчались, сфотографировались, и со свадебного пира он был вызван срочной депешей...
А девочка-жена осталась одна в чужом городе и вскоре вернулась домой. На этом сказка о Золушке заканчивается. Вскоре Жильберт был тяжело ранен в живот. В 16 лет девочка уже вдова...
Моя бабушка Надя, царство ей небесное, много нам рассказывала о своей первой любви, о первом испытании и о пророчестве. В тот день, венчальный, в Одессе к ней подошла цыганка и стала гадать. Нагадала, что будет у нее в жизни два Ивана; с первым она станет девочкой-вдовой, а второй, оставив ей пятерых детей, умрет страшной мученической смертью. Что она все стерпит и доживет до 86 лет.
Так оно и вышло. После первой, совсем детской и сказочной трагической любви пришла другая. И любили Надежду оба Ивана страстно, нежно, преданно.
Старая фотография с юными счастливыми лицами есть в каждой нашей семье. Иногда мы шутим, что мой неродной дедушка был настоящий француз-офицер, а чаще завидуем их невероятной любви.
Давно, еще в гражданскую, распроданы наряды и драгоценности, а вот письма и фотография остались. И пока будет жить на этой земле хоть один из потомков юной дорогой Надин, будут продолжаться мгновения той давней любви.
Татьяна Сивакова-Борисова, внучка дорогой Надин.
|
