Сыщик — это состояние души, а не профессия

Работа сыщика по книгам и кино известна многим, однако не все знают, что операми можно называть не только работников уголовного розыска, но и сотрудников по борьбе с экономическими преступлениями (обэповцев), и борцов с незаконным оборотом наркотиков, и оперативников из поискового отдела, и даже сотрудников нового подразделения по борьбе с преступлениями в сфере высоких технологий (отдел “К”). Все перечисленные направления деятельности относятся к компетенции криминальной милиции. У нас в гостях руководитель этой структуры — заместитель начальника ГУВД Минского горисполкома, полковник милиции Александр Зыль.

— Для меня эти понятия никогда не были идентичными. Сыщик — не профессия, это скорее состояние души. Оперативным работником называют человека, занимающего определенную должность и совсем необязательно, что он станет сыщиком. Это покажут годы работы. Иными словами, для того чтобы сыщик состоялся, нужно стремление самого сотрудника плюс его способности.

— С сожалением констатирую, что в настойчивости и усидчивости молодежь проигрывает более опытным коллегам, делает ставку на достижение быстрого результата. Как говорится, хочется всего и сразу. В нашей работе это не всегда приемлемо. Тем не менее интеллектуально “зеленые” опера превосходят “аксакалов”. То, чего последние достигли собственным опытом, вчерашним выпускникам милицейских вузов известно благодаря теоретическим знаниям. А залог успеха в любом деле — слияние двух этих составляющих. Знание и опыт как неразрывное целое присутствуют далеко не во всех милицейских коллективах. Следствием увеличения интенсивности работы, ее объемов стала большая текучесть кадров. Многие не выдерживают нагрузок, уходят с оперативной работы, остаются лишь наиболее преданные нашему делу люди.

— Конечно, технический прогресс сделал свое дело и в милиции появились детектор лжи (то бишь “Полиграф”. — Авт.), автоматизированная дактилоскопическая идентификационная система (АДИС), специализированные лаборатории: фоноскопическая (исследование звуков), одерологическая (исследование запахов), генотипоскопическая (анализ ДНК и костной ткани) и многие другие. Тем не менее многое зависит от сыщика, от знания им обслуживаемой территории, людей, на ней проживающих. Нередки случаи, когда нам удается раскрывать преступления “по горячим следам” благодаря полученным в ходе кропотливой работы внешним приметам злоумышленников, способу совершения злодеяния.

На одну из квартир в Серебрянке было совершено разбойное нападение, и пострадавшая, описывая налетчиков, поведала: несмотря на драматичность ситуации, обратила внимание на то, что волосы одного из преступников причудливо вьются. Любопытство взяло верх над страхом и женщина спросила, откуда, мол, такая шевелюра. Разбойник бойко ответил: “Химия. Мы сами с “химии”!” Перебирая в памяти осужденных, я вспомнил, что знаю похожего человека. Проверили — оказалось, что он отбывает наказание на так называемой “химии”. В день совершения преступления там отсутствовал. Нашли фотографию, показали потерпевшей, та и обомлела, признав преступника-балагура.

— Отмечу, что напряженность, связанная с ростом преступности в Минске, несколько надумана. Причиной увеличения ряда милицейских показателей стало более строгое отношение органов внутренних дел к регистрационно-учетной дисциплине. Конечно, большой город всегда привлекателен для преступников: и поживиться есть чем, и затеряться проще.

Пример этого года — изобличение группы Уракова, состоявшей в основном из жителей Борисова. Все они по месту жительства вели себя тихо, внимание к себе не привлекали, но каждое утро ездили электричкой в Минск на “работу”. Возвращались ближе к вечеру. На момент задержания на их счету было около 150 хищений из жилищ минчан. Один из членов банды — профессионал-домушник, уже попадал в сети правосудия. Ранее прокололся на том, что орудовал одной и той же фомкой. В этот раз, идя на дело, он регулярно покупал новый инструмент. Проверив ряд магазинов, торгующих хозтоварами, нам удалось выйти на след неуловимых преступников.

Нынче для Минска актуальны преступления, совершаемые при помощи различных видов техники. В обиход вошли такие понятия, как компьютерный шантаж, хищение денег с кредитных карточек, перекачка информации из банков данных крупных мировых компаний. Приходилось разбираться с потерпевшими из США, Южной Америки, Австралии. Все большее распространение приобретают преступления, связанные с незаконным подключением к телефонной сети. Есть случаи, когда иностранные студенты, особенно азиаты, открывают подпольные телефонные переговорные пункты.

— Определенные опасения есть, но, на мой взгляд, многое здесь зависит от профессионализма сотрудника. Не стоит рисковать жизнью там, где в этом нет необходимости. Конечно, преступная среда стала более дерзкой, жесткой, но при соответствующем уровне подготовки сотрудника милиции вероятность возникновения чрезвычайной ситуации мала.