Барбара Брыльска: “Я сама — большая книга...”

Миллионы телезрителей встречаются с ее Надей из “Иронии судьбы” не реже одного раза в год. Впервые эта героиня вошла в наш дом 1 января 1976 года и сразу же стала для всех родной. Теперь уже невозможно представить новогодний праздник без этой картины, а сам фильм Эльдара Рязанова — без польской актрисы Барбары Брыльской.

— Я много снималась в Болгарии, Чехии, Германии. Вы, наверное, помните фильмы “След Сокола”, “Белые волки”, “Что же было потом?”... Там хорошо платили, но удовольствие от творчества я получала лишь в Советском Союзе. Мне кажется, что у вас меня все знают чуть ли не с пеленок.

Несколько лет назад мы с Даниэлем Ольбрыхским были в Киеве на кинофестивале. И когда он увидел, сколько мне оказывают внимания, с какой нежностью относятся, то был поражен. “В чем дело? Что происходит?” — спрашивал он, привыкший, что в Польше его рвут на части, а здесь все внимание — мне. В Польше “Иронию судьбы” показали пару раз, к картине отнеслись безразлично, потому что это — ваш фильм. В Польше отмечают с размахом Рождество, а Новый год — это ваш праздник.

Что касается ревности, то было такое. Особенно когда в СССР я получила Государственную премию. Из-за этого я потеряла в Польше много ролей. Потому что, когда звонили на киностудию “Фильм Польска” и искали меня, там всегда отвечали, что я в Союзе. Хотя я в этот момент могла быть дома...

— Однажды я приехала в Ереван. В четыре утра, ненакрашенная, с чемоданами тихо иду по гостинице. Вдруг меня замечает горничная и как закричит: “Ой! Надя!” Разбудила весь этаж, и люди стали бросаться ко мне за автографами. Вот тогда я поняла, что такое слава... Дома у меня много подарков от поклонников. Например, на столе стоит фотография — кадр из “Иронии судьбы”. Это один итальянец прислал с надписью: “Люблю до смерти”. Съемку он с телевизора сделал. Ни один фильм, а у меня их около семидесяти, не дал мне столько, сколько “Ирония судьбы”! Эльдар Рязанов сделал картину, которую полюбила вся огромная страна. И вся страна за одну ночь полюбила меня.

— Я всегда или в первую минуту влюбляюсь, или не влюбляюсь вообще. Так было и с первым, и со вторым мужем... Второй брак подарил мне двоих детей.

— У нас в семье обычай: мальчиков называть в честь папы, а девочек — в честь мамы. Мою дочь, как и меня, звали Бася. Она была манекенщицей, ее знали в Париже, в Японии. Бася снялась в трех фильмах, но последний из них так и не увидела. Дочка погибла в автокатастрофе за день до окончания съемок — 15 мая 1993 года. В 20 лет у нее было много заманчивых предложений. В частности, именно для нее была написана роль Хелены у Ежи Хофмана в фильме “Огнем и мечом”...

Вначале, после гибели дочери, я стыдилась своего смеха. Но потом мне сказали, что это нормально, иначе я сойду с ума. Однако рана никогда не затянется. Сейчас меня утешает мой сын Людвиг. Ему 20 лет. Он отучился год в Высшей школе туризма, а перед этим — год в Высшей школе торговли, куда пошел за компанию с друзьями. Людвиг — очень красивый парень, но актером быть не хочет.

— Они были очень красивые люди, я унаследовала от них свою внешность. Мама шила, а отец слесарничал. У него было хобби — часы, лучше него в них никто не разбирался. Я выросла в послевоенной бедности. Родители меня воспитывали в строгости. Поэтому я была скромной и закомплексованной, но условия жизни заставили меня с детства быть самостоятельной. Родители все сделали для того, чтобы я окончила художественный лицей. Директор лицея, увидев меня в самодеятельности, убедил поступить в Лодзинскую высшую театральную школу. Уже в 15 лет я сыграла в кино эпизодическую роль. Настоящий же мой кинодебют состоялся в фильме “Фараон”, где я сыграла главную роль.

— Я всегда считала себя киноактрисой, полагая, что театральный актер — совершенно иная профессия. Другая техника, средства выражения, другой образ жизни. Театр — это работа до ночи, а я стремилась быть вечером дома со своей семьей. Да и платили в кино больше. В Москве мне предложили попробовать себя в спектакле “Квартет”. До этого я не любила театр, а сейчас, после успеха “Квартета”, стала получать удовольствие от игры в нем. Мои партнеры по спектаклю — Игорь Дмитриев, Кахи Кавхадзе, Светлана Крючкова.

— У меня были уроки вокала в театральной школе. Спела бы и у Рязанова. Но я играла учительницу русского языка, поэтому акцент был недопустим. Алла Пугачева хорошо спела вместо меня. Это было начало ее взлета...

— Да. Только лучше, чем Надя. К празднику готовлю блюда из рыбы, пирожки с грибами и капустой, красный борщ, телятину “карли” с ананасами и шампиньонами. Люблю вкусно поесть, но не могу много кушать. Надо держать себя в форме. У меня дача под Варшавой, где я обожаю жить. Выращиваю цветы, кинзу. В Москве меня научила подруга делать аджику. В этом году столько аджики наделала, а сейчас раздаю друзьям. Им нравится, как я готовлю.

— Читаю редко, и в основном книги практические. Обожаю также легкое чтение, например любовные романы. Еще мне интересна автобиографическая литература. Но сейчас мне кажется, что я сама — большая книга, которую можно открыть и читать...