Школьная история

Изучая данное уголовное дело, рассмотренное в ноябре прошлого года судом Центрального района столицы, я никак не мог решить, называть в материале обвиняемых или нет. Обычно их фамилии приводятся без искажений. Но, прочитав протокол судебного заседания и поразмыслив, решил отступить от своего правила. Зачем девчушкам, у которых впереди вся жизнь, и их в общем-то ни в чем не повинным родителям добавлять страданий. Поверьте, эмоций тут хватило с лихвой. Изменены фамилии и других действующих лиц. Зная методы реагирования на публикации некоторых чиновников, зашифруем и номер школы, где учились и ныне учатся осужденные и свидетели. Кому положено — те знают, а для остальных — СШ N 000. Никаких других вольностей автор не допускал, стараясь строго следовать ходу развития событий. Надеюсь, многие читатели газеты сделают определенные выводы из данной истории.

18 октября 2002 года рабочий Минского тракторного завода Ромуальд Касперович пришел в Центральный РУВД столицы и положил дежурному заявление: “Прошу Вас оказать помощь в розыске денег в сумме 624 доллара США, которые пропали при неизвестных мне обстоятельствах из моей квартиры в период с 12 по 17 октября 2002 года”. В своем объяснении заявитель указал, что деньги собирал на автомашину, лежали они в секции в конверте, последний раз их видели супруга и сын. С очередной зарплаты купил “зеленые” и решил положить их к уже имеющимся, но конверта не нашел. При этом все остальные вещи были на своих местах. Втроем обыскали квартиру, но безуспешно. Сын сказал, что денег не брал.

Юрий Касперович, учащийся 8-го “Б” класса СШ N 000, пояснил дознавателю: о том, что родители копят на автомашину и где лежат деньги, осведомлен. В субботу, 12 октября 2002 года, хотел взять часть денег, но передумал. В полдень к нему зашла одноклассница Эльза Полушина, была около получаса, сидели в зале. Отлучался, чтобы принести по ее просьбе воды, а также в туалет. Ранее, в сентябре, показывал ей деньги родителей. Больше — никому. В тот день взял только белорусские рубли, лежавшие в другом месте, и ушел. Спустя месяц Юрий при допросе указал, что 15 октября, когда вернулся с уроков домой, двери квартиры оказались незапертыми. Ключи от замков он хранит в куртке, а ту вешает в гардеробе школы. Пропажи ключей не замечал. О том, что доллары хранятся в секции, никто из знакомых (кроме Эльзы) не знал, ключи ей от квартиры никогда не давал.

Не миновала визита в РУВД и Полушина. Она не отрицала: да, 12 октября зашла в гости к однокласснику, который живет в ее же подъезде. Все время находилась с ним в зале и отлучалась только один раз — попить воды в ванной. Юра попросил в долг 20 долларов, чтобы сходить в компьютерный клуб “Гладиатор”, но денег у нее не было. Тогда Юра открыл одну из створок секции и достал оттуда 5000 руб., сказав, что после размена положит на место четыре тысячи. Затем из дальней секции достал конверт с долларами, пересчитал их и положил на место, т.к. сумма соответствовала надписи на конверте. “Денег я не брала, — закончила свое объяснение Эльза, — кто мог совершить кражу, не знаю”.

Сыщики Центрального РУВД прошлись по адресам, где поблизости проживали ранее судимые и наркоманы, но в краже 624 долларов из квартиры Касперовича никто не сознался. 18 декабря 2002 года дознание по делу было приостановлено.

7 марта 2003 года в Центральный РУВД поступило заявление медсестры одной из больниц города Аллы Коваленко с просьбой привлечь к ответственности неизвестных лиц, которые с 2 февраля по 2 марта из ее квартиры по улице Орловской совершили кражу 12 золотых изделий и 130 долларов. В своем объяснении и последующем протоколе допроса заявительница указала: пропажу золотых изделий (в число которых входили обручальные кольца, серьги, кулоны, цепочки, крестик) накануне вечером обнаружила ее старшая дочь Вера. Она поинтересовалась у матери, не перепрятывала ли та драгоценности, лежавшие до того в шкатулке в спальне. По словам Аллы Викторовны, золото они искать даже не пытались, а стали думать, кто из знакомых мог совершить кражу. Под подозрение попали Верины подруги из 8-го “Б” класса СШ N 000 — Эльза Полушина, Мария Вилькот, Инга Макейчик, которые частенько захаживали сюда в гости.

Необходимо отметить, что особой интуиции ни мать, ни дочь не проявили. Просто Вера знала, кто ранее умыкнул доллары из квартиры ее одноклассника Юрия Касперовича, — Эльза Полушина и Инга Макейчик. Тайны девочки из этого не делали, рассказав о проведенной в октябре операции своим подругам. 3 марта Вера Коваленко пришла в школу и поставила в известность классного руководителя о пропаже из квартиры золотых изделий, а также указала на тех, кого подозревает в случившемся. На следующий день в школу вызвали родителей девочек. Эльза в школе отсутствовала, а Инга сквозь слезы отвергла все претензии. Мать Веры попросила ее подумать и, если все-таки кражу совершила она, позвонить домой. Вечером того же дня, когда Алла Викторовна дежурила в больнице, по телефону дочь ей рассказала, что была у Макейчик дома и в присутствии своих родителей, а также мамы Эльзы Полушиной Инга призналась: она сделала дубликат ключа от квартиры подруги и 19 февраля, зная о том, что утром дома никого не будет, украла золотые изделия. После чего вместе с Эльзой они продали драгоценности по объявлению в газете.

Во время допроса 7 марта Алла Коваленко пояснила следователю, что в настоящее время матери Эльзы и Инги возместили ущерб, поэтому претензий к детям она не имеет. С таким заявлением она, правда, несколько поспешила.