К сожалению, довольно обычная история. Это и плохо, что обычная. А еще плохо, что такие истории, как правило, остаются в тени, о них мало кто знает. Вот и обратим на нее внимание... Полезно будет.
Недавно в редакцию пришло письмо: "Я, Пехота Юрий, свое детство провел в детском доме и в школе-интернате. Потом учился в ПТУ-114. Летом прошлого года, когда закончил училище, меня распределили на работу в ремонтно-строительное управление. Пришел устраиваться. Мне сказали: "Сначала иди и оформи прописку, ведь из общежития тебя уже выписали". После того как мою мать лишили родительских прав, за мной было закреплено жилье по адресу: ул. Гастелло, 14. У матери семь детей, и всех воспитывало государство. Всего в ее двухкомнатной квартире прописаны двенадцать человек. Нормально жить там невозможно -- отключена газовая плита, нет воды и света. Сейчас я временно проживаю у моего друга Павла.
...Ну вот, пришел я в ЖЭС-89, чтобы оформить документы на прописку, но там ничего оформлять не стали, так как у матери большая задолженность по квартплате. Я отправился в ПТУ-114 — рассказал об этой ситуации. В училище мне объяснили, что никому ничего приказать не могут. Тогда через некоторое время я вместе с другом Павлом пришел в комитет по образованию. Оттуда позвонили в ПТУ-114 и спросили: почему ваш выпускник будоражит городской комитет, ведь училище давно отчиталось, что все учащиеся-сироты трудоустроены и перепрописаны. В конце концов руководство начало прилагать усилия, и меня прописали. Я снова пошел устраиваться на работу в РСУ. Там директор спросил: “Почему у тебя только второй разряд?” Паша, который был со мной, сказал: “В его группе работал плохой мастер”. Директор возмутился: “Это не ответ. Если здесь ты окажешься на плохом счету, то, по-твоему, виноват директор?” Паша ответил: “Вам виднее”. Директор выставил нас за дверь. Мы попросили дать письменный отказ, но это было воспринято как нахальство. Я опять обратился в ПТУ-114, объяснил ситуацию. Директор училища позвонил в трест и вроде бы договорился — мне сказали, чтобы я опять шел в РСУ. Я пришел. А там директор снова за свое: “Я тебя не беру. Отбой”. Прошло уже полгода, как я окончил училище, а все хожу без работы. Заработка нет. С жильем — полный туман, так как идти в квартиру матери мне нельзя. Там нет никаких условий для жизни. Мать как пила, так и пьет. Два брата сидят в тюрьме. Мать сама говорит, что мне там лучше не показываться. Как начинать жизнь, просто не знаю”.
Не откликнуться на это письмо было нельзя. Я встретился с Юрием и его другом Павлом. Сразу надо отметить: с другом Юре повезло. Он немного старше, тоже рос без родителей и тоже, как и Юра, прошел в свое время этот непростой процесс, который мудрено называется “социальной адаптацией”. Ох уж эта адаптация! Не было работы, жилья. Но Павел все превозмог... Сейчас трудится менеджером, что вполне подходит его активной натуре, получил однокомнатную квартиру, сдал экзамены в ГАИ, купил машину. А ведь несколько лет назад он приходил в “Вечерку” с такими же проблемами, какие сейчас у Юрия. Тогда ему помогала разобраться с ними сотрудница редакции Раиса Павловна Одынец. Ситуация повторяется...
Вместе с Юрием я побывал в городском комитете по образованию, потом связался с ПТУ-114. С трудоустройством вопрос должен быть решен в ближайшее время. И еще... Юрию надо срочно подать заявление в квартирный отдел Центрального района — с просьбой о постановке на очередь для получения социального жилья. К заявлению надо приложить справку об отсутствии собственности из Минского городского агентства по государственной регистрации и земельному кадастру (бывшее БРТИ), документ о лишении родителей их прав и справку из ЖЭС о прописке.
Вполне решаемые проблемы... С точки зрения закона, у Юрия, действительно, непреодолимых барьеров быть не должно. Есть целая система правовых актов, которые обеспечивают права детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. И в целом эти законы действуют. Молодежь, лишенная родительской опеки, воспитывается за казенный счет, получает образование, овладевает профессиями. Есть немало государственных органов, занимающихся делами детей, подростков, юношей и девушек, нуждающихся в социальной помощи и реабилитации.
Все это так, но почему же Юре Пехоте пришлось обратиться за помощью в редакцию? “Как начинать жизнь, просто не знаю...”
Человеческий фактор. Как всегда, он определяет все. Закон соблюдать трудно. А выставить молодого парня за дверь очень легко...
Какую подведем черту под этим рассказом? Во-первых, пожелаем Юре удачи. Он заслуживает того, чтобы ему наконец повезло. Кроме того, поблагодарим друга Павла, который помогает товарищу продержаться в трудное для него время. Без друзей в этой жизни нельзя. Ну а всем нам хочется напомнить: сейчас детдомовцев в стране столько, сколько бывает после большой войны. Нельзя умножать их обиду на жизнь. По нам же эта обида потом и ударит. Есть дети свои. Есть чужие. Ничьих нет.
Сергей Пятковский.
|
