Редко кто может сказать, что у него дома всегда под рукой Конституция. И не просто пылится, а регулярно читается и цитируется в разговорах со знакомыми и друзьями. Так, как у Риммы Ивановны Филипчик. Конечно, должность — а она судья Конституционного суда — ко многому обязывает. Но при желании каждый из нас в силах разграничить себя на работе и себя в домашних тапочках. Многие, кстати, так и поступают. Повод для разговора с Риммой Ивановной предугадать несложно — 10-летие белорусской Конституции.
— Мой первый вопрос следующий: почему такого же, как у вас, пиетета к Основному закону страны не испытывают в районных, областных судах? В решениях по гражданским делам и приговорах преступникам ссылки на Конституцию отсутствуют. Или я ошибаюсь?
— К сожалению, вы правы. Но это болезнь не только наших судей. У меня есть друзья из судейского состава в России, Украине. Там — то же самое. Причины могут быть две. Во-первых, в Конституции есть статьи прямого действия и нормы-принципы. Судьи привыкли руководствоваться Основным законом как неким ориентиром, в развитие которого приняты специальные нормативные правовые акты, и ссылаются только на них. И даже если они видят, что какая-то норма не согласуется с Конституцией, установленная процедура обращения к нам достаточно сложна. Промежуточная инстанция — Верховный суд. Я неоднократно, в том числе на совещании у Президента, говорила: судья, рассматривающий дело, должен иметь право непосредственного обращения в Конституционный суд, минуя Верховный. Все не любят сложные процессы.
Ну и кроме того нужно время. Ведь действующей Конституции всего 10 лет. С юридической точки зрения — небольшой срок. Возьмем, к примеру, статью 60, где каждому гарантируется защита его прав и свобод компетентным, независимым и беспристрастным судом. Это — норма прямого действия. Другое дело, что может быть предусмотрен досудебный порядок выяснения отношений — теми же комиссиями по трудовым спорам, но он не должен лишать права на самую эффективную форму защиты, судебную. Вот с этим вопросом определенные подвижки есть.
— Как вы относитесь к такому мнению: Конституция сама по себе пустой документ. Необходим сопутствующий нормативный акт, приближающий ее к реальной жизни, проблемам граждан. Примерно так, как в США.
— Не согласна с ним. Да, американская Конституция действует двести лет, и в нее, если не ошибаюсь, внесено 26 поправок. И, конечно же, такая Конституция может быть только с нормами-принципами. Наш Основной закон содержит, повторюсь, также нормы прямого действия. Он не исключает принятия сопутствующих правовых актов, но в то же время является совершенно самостоятельным. Откроем статью 32. В ней изложены нормы, регулирующие брачно-семейные отношения, обеспечивающие права и обязанности и родителей, и детей. Разумеется, при рассмотрении конкретной ситуации без, скажем, Кодекса о браке и семье не обойтись. Но основа все же — указанная статья Конституции. Кроме того, она дает возможность развиваться нашему законодательству в заданном направлении, где во главу угла поставлено благо человека.
— Римма Ивановна, давайте на минуту представим: нет у нас Конституции, Великобритания же как-то без нее живет. Что, по вашему мнению, изменится?
— Представить это сложно...
— Но попытаемся.
— Хорошо. У нас тогда не будет нормативного правового акта, в котором была бы выражена воля народа. А это надо для того, чтобы общество развивалось, совершенствовалось... Если нет Конституции — это все равно, что нет хлеба на столе. Обойтись, конечно, можно... но сами понимаете.
— Понимаю. Ладно, то, что с Конституцией дружить на работе вам сам Бог велел, — понятно. Но вот вы сняли мантию и идете домой, к семье. А там вы про нее вспоминаете? Если да, то в связи с чем?
— У меня Конституция почти всегда в раскрытом виде лежит в зале на журнальном столике. Почему? Во-первых, у меня дочь адвокат, муж — бывший следователь. Но это я шучу. Часто звонят мои коллеги из районных и областных судов, руководители предприятий (я ведь лекции много где читаю, естественно, оставляю свой телефон некоторым знакомым), консультируются. И, поверьте, отвечая на тот или иной вопрос, нередко заглядываю в Основной закон. Зайдет речь о возмещении морального вреда или о чем ином. Кроме того, дома иногда готовлюсь к лекциям и держу под рукой Конституцию.
— Хотелось ли бы вам что-либо в ней поменять?
— Конституция нуждается в совершенствовании. Например, более четко следовало бы указать право граждан на обращение в тот же международный суд тогда, когда исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты. Может быть, это покажется слишком смело, но мне кажется, что можно упростить процедуру изменения некоторых ее разделов. Референдум все-таки дорогостоящее мероприятие. А с другой стороны, если учесть, что это — Основной закон и есть такая отдушина, как принятие специальных правовых актов в его развитие, то можно согласиться и с тем, что имеется. Шикарным я считаю раздел “Личность. Общество. Государство”. Воплотим в жизнь все то, что там написано, — будет прекрасно.
Беседовал Александр Балышев. Фото Валерия Харченко.
|
