В научных облаках
Не каждому открываются такие виды "Вселенной клеточных структур", как доктору медицинских наук Анатолию Сергеевичу Леонтюку. Причем свои познания заслуженный работник образования не консервирует. Любимый студентами профессор преподает на кафедре гистологии, цитологии и эмбрионологии в Белорусском государственном медицинском университете.
Профессор цитирует известного анатома 19-го века Владимира Бэца: "Гистология есть высшая математика анатомии". И от себя добавляет:
-- Гистология -- философия медицины и, если угодно, ее фундамент: стоит его убрать, все "сооружение" рухнет. Ведь все, что мы называем ЖИЗНЬЮ, происходит в КЛЕТКЕ, изменения в которой помогают разобраться и в заболеваниях человека.
...Зри в клетку! Леонтюк провел над микроскопом как минимум десятую часть жизни. И не просто "любовался" красочными препаратами, которых изготовил тысячи, -- анализировал, обобщал. У него три сотни научных статей и монографии. И в Белорусской Энциклопедии более 40 понятий и терминов истолковал нам доступным языком тоже Леонтюк.
Мы встретились с профессором после его лекций. Внутренний голос шепнул: он витает в "научных облаках"... И я решила выяснить: профессорами рождаются или становятся?
В пятикурснике разглядели профессора
Готовился стать хирургом. Отсоветовали -- тяжело оперировать в очках. Был рекомендован в аспирантуру. Так и остался в родном вузе, уже полвека превращает студентов в своих коллег.
Случай уникальный: начал читать лекции, будучи второкурсником. Это завкафедрой анатомии Давид Моисеевич Голуб записал "Толика" себе в помощники. И никого не смущало, что второкурсник был моложе многих внимавших ему первокурсников. А еще он был завсегдатаем научного студенческого общества. Активно участвовал в общественной жизни курса. И даже руководил политшколой... на мебельной фабрике.
-- Как же вам удавалось все это совмещать? -- "экзаменую" профессора.
-- Когда интересно, все дается легко. И с характером мне повезло. Овны -- они упрямые, настойчивые. А моя родина -- почти Одесса, так что и с юмором в ладах. Когда меня оставили в аспирантуре, однокурсники считали, что я попал "в рай", ведь престиж преподавателя был очень высок в то время. Только мне было "жарко, как в аду": нагрузка оказалась колоссальной. Писал диссертацию, сдавал кандидатский минимум, участвовал в работе кафедры, вел студентов. Зато труд и вознаграждение были соизмеримы. Сегодня, к сожалению, наш выпускник, написавший ряд серьезных научных работ, не хочет оставаться на кафедре: мизерная зарплата.
На книжной полке замечаю научные статьи студентов профессора Леонтюка, коллективную монографию "Информационный анализ в морфологических исследованиях"...
-- Уже восьмой год руковожу студенческим научным обществом, -- перехватывает мой взгляд Анатолий Сергеевич. -- Подопечных авансом называю академиками. С ними интересно: грамотные, толковые, свободно владеют компьютером и в Интернете -- как у себя дома.
Хитрое свойство преподавателя: видеть студента насквозь
Анатолий Сергеевич Леонтюк организовал в своем вузе компьютерный класс, который был одним из первых в стране.
-- Сегодня студенту в медицинском вузе учиться трудно, -- признает профессор. -- На моих глазах усложнялась программа, объем предметов вырос раза в три.
-- Гистологию изучают на первых курсах. Не ропщут вчерашние школьники, что это сложно?
-- Как аппетит приходит во время еды, так и интерес -- в процессе занятий. Конечно, стараюсь, чтобы в каждой лекции была изюминка и минутка для обсуждения последних медико-биологических событий и проблем.
-- Как складываются взаимоотношения со студентами?
-- Они знают, что, даже задав простенький вопрос, я прощупываю: думает или нет? Тех, кто думает, люблю. С остальными отношения сложные. Благо таких, кто поступает на платное отделение, рассчитывая, что диплом можно просто купить, совсем немного. Это кандидаты на отчисление.
А вообще у нас на кафедре заповедь: "Не бойся!" Ни преподавателя, ни предмета. Когда новички робко интересуются: "Можно спросить?", я говорю: "Нужно!" В результате со многими у нас дружеские отношения. И экзамены почему-то именно мне хотят сдавать, хотя я очень строгий. Потому что сочувствую не лентяям, а их будущим пациентам.
Маленькая клетка большого кашалота
-- Гистолог должен уметь не только фотографировать, но и прилично рисовать, не так ли?
-- Профессия требует. А если еще и талант есть!.. Вы бы посмотрели на пейзажи самобытного художника Валерия Михайловича Дечко -- это мой первый ученик, а ныне коллега, преподает на кафедре оперативной хирургии.
-- А о собственных художествах умалчиваете. Меня уже проинформировали: в соседнем кабинете у вас -- "персональная выставка".
Пришлось Анатолию Сергеевичу показать мне и "выставку". Первое впечатление: цветные абстракции под стеклом. Оказалось, выполнены на самом стекле! Это -- реконструкции, точные увеличенные копии клеток зародыша кашалота. Что вдохновило его на эту "волну"? В 60-х годах профессор познакомился в Калининграде с китобоями -- в то время этот промысел еще не был запрещен.
-- Китобои подарили мне для научных целей зародышей кашалота. С этого началось большое исследование. Представляете, вот из такой крошки в полтора сантиметра длиной вырастает огромное животное в шесть с половиной метров. Живет себе в океане и ныряет на глубину до двух километров! Однако нам удалось подсмотреть "китов секрет": каждый нервный узел гиганта оплетен огромной сетью сосудов... В Калининграде мы издали книгу "Киты Южного полушария. Биология и морфология" -- подобное исследование, адресованное прежде всего биологам и эмбриологам, было проведено впервые в мире.
...В процессе разговора мы заглядываем в профессорские "тайники", достаем коллекции "стеклышек", фиксируем "кошкин гипофиз" в микроскопе. Зрелище интересное, но киску жалко.
Кототерапия и тонкие материи
Задаю провокационный вопрос:
-- А живых кошек вы любите?
-- А как без них? Дома за мной "закреплен" старожил Котя. А второй, Паша, -- "мамин кот". Он важный, белоснежный, породистый, у него даже паспорт есть. Между собой коты дружат. Вот такая кототерапия.
-- Жена у вас известный врач-психотерапевт. Научные дискуссии дома не разгораются? Все же вы, судя по всему, материалист, Александра Григорьевна тонкими движениями души ведает...
-- Я действительно в большей степени материалист, идеализм в годы моей молодости был под запретом. Но спокойно, с уважением воспринимаю и те тонкие материи, с которыми работает жена, потому что знаю: под ними есть материальная база, просто мы не все еще познали.
Так что не спорим, а общаемся. Она мне -- про своих пациентов, которые на сеансах реинкарнации побывали в прошлой жизни, а я ей: чему, мол, тут удивляться, эта информация записана в генетическом коде, кстати, до конца еще не расшифрованном.
..."Скучный человек", -- сказал он сам о себе, когда я набивалась к нему на интервью, а он застенчиво отбивался. Оказалось, что с Анатолием Сергеевичем очень интересно общаться! И энергетика у него веселая, молодая. Хотите больше узнать о нем?
Елена Клименко.
| 
