Евгений Крыжановский! Наверное, имя этого артиста не может не вызвать невольную улыбку у тех, кто хотя бы раз видел его на сцене. Черные усики а-ля Чарли Чаплин, необычная мимика, редкая для знаменитости коммуникабельность, всяческое отсутствие признаков собственной звездности, его благодарное "спасибо" за каждую просьбу оставить авто-граф — все это делает Евгения Крыжановского каким-то своим. Нет, скорее всего, нашим!
Может быть, поэтому приглашение на интервью именно с читателями "Вечерки" главный режиссер и художественный руководитель театра сатиры и юмора "Христофор" Евгений Крыжановский принял без колебаний, а наши читатели восприняли это не только с восторгом, но и потрясающей активностью. Сегодня мы публикуем интервью, которое Евгений Анатольевич дал нашим читателям, собравшимся возле стенда "Вечернего Минска" в один из дней работы выставки "СМИ в Беларуси". Вопросов было много.
— Истории известно немало примеров, когда артисты и даже юмористы становились ведущими политиками: недавно ваш коллега по “Аншлагу” Михаил Евдокимов стал губернатором Алтайского края. Пробовали свои силы в политической борьбе и вы лично. Что общего, на ваш взгляд, между профессиями артиста и политика?
— Таких примеров, действительно, много и еще каких: артист Рональд Рейган стал президентом, артист Арнольд Шварценеггер — губернатором, драматург Вацлав Гавел — президентом Чехии. Я убежден, что профессии политика и артиста очень схожи. Умение говорить, обаять публику, умение убедить — это дано, наверное, только артистам и людям, владеющим словом. Поэтому любой артист, если у него в голове есть что-то, наверное, может стать и политическим руководителем. В некоторых случаях и наоборот.
Найдите, к примеру, грань, разделяющую у Владимира Вольфовича Жириновского артиста и политика. Кстати, во время недавней поездки в Москву я оказался за одним столом с Владимиром Вольфовичем и убедился еще раз — это артист с большой буквы. В этом и есть его секрет политического долголетия.
— Для минского зрителя ваш театр вне конкуренции. А где еще в мире ступала нога “Христофора”?
— Турция, Кипр, Израиль, Греция, Арабские Эмираты, Голландия, Соединенные Штаты Америки, Испания и многие другие страны есть в нашей собственной географии. Театру уже 16 лет, и сегодня в нем работают пять артистов. Поэтому по меркам общества у нас уже есть паспорт.
— Внимательный зритель уже заметил “Христофор” в телевизионном проекте “Аншлаг”. Как приняла вас хозяйка “Аншлага” Регина Дубовицкая?
— 15 лет мы шли к “Аншлагу”, а точнее — к встрече с Региной Дубовицкой. Первая встреча состоялась в городе Кисловодске много лет назад, когда наш театр стал лауреатом Всесоюзного конкурса артистов эстрады и только-только пошли первые программы “Аншлага”. Не сошлись тогда наши творческие пути, и только через 15 лет мы вновь связались с Региной Игоревной по телефону. Выслали свои видеокассеты, и нам пришло приглашение. Мы записали в “Аншлаге” уже десять номеров, восемь из которых показали в программе. Но сейчас находимся на “карантине” — новичков в “Аншлаге” подпускают к суперпопулярности года через три. Это нам рассказали и Юра Гальцев, просидевший в свое время три года в массовке, и артисты “Экс-ББ”, которые прошли через это же. Сейчас наш черед сидеть на заднем плане и махать рукой в камеру.
Но 5 июня мы вновь поедем на запись аншлаговских программ в Москву, а если получится, то в августе отправимся с Региной сотоварищи в круиз по Черному морю “Одесса—Стамбул”. Вот тогда и помашем рукой уже из Стамбула.
— Судя по изобилию “аншлаговской” телерекламы сгущенки и тушенки от “Главпродукта”, в круизе вас кормить будут именно консервами?
— Это больная тема, как, наверное, и любая другая реклама, часто появляющаяся на экране во время любимой программы. Уверяю вас, мы к этому относимся с пониманием, но без чувства голода.
— Когда решали, как назвать ваш театр, почему вспомнили именно Христофора Колумба?
— Эта идея принадлежит нашему первому художественному руководителю и режиссеру театра Владимиру Перцову, который сразу отмел всевозможные варианты типа “Улыбка”, “Смехотрон”, “Обхохочешься” и другие, предложив название “Христофор”. Когда мы спросили почему, он ответил: “Чтобы все спрашивали!”
Недавно среди школьников был проведен опрос: “Кто такой Христофор?” И примерно 70 процентов детей ответили, что Христофор — это театр. Двоякие чувства переполняют меня: с одной стороны, это популярность, с другой — очень жаль, что школьники не знают великого мореплавателя-первооткрывателя. Но мы тоже первооткрыватели — мы стали первым в Беларуси театром юмора.
— Когда вы были еще маленьким, кто-нибудь в шутку или всерьез называл вас артистом?
— Впервые меня назвал артистом тот врач, который принимал мое рождение. Это мне рассказала моя мама: как только я появился на свет и меня на руки взял врач-акушер, я его тут же описал. На что врач сказал: “Этот будет артистом!” Так оно и получилось. Если бы я не стал артистом, то уверен, что стал бы журналистом.
— В семейной, интимной жизни вы такой же смешной, как и на сцене?
— Отвечаю вполне серьезно — юмор в семейной жизни очень помогает. Даже статистика подтверждает: семьи, в которых было мало юмора, чаще других распадаются. А вот супруги, у которых есть чувство юмора, могут любую ссору нейтрализовать шуткой. Но чувство юмора должно быть у обоих, ибо некоторые шутки вторая половина может просто не понять или не воспринять.
Мои жены, а их было у меня четыре, не выдерживали, когда юмор в доме и в наших отношениях был и днем, и ночью. Его было, наверное, слишком много. Это отдельная заслуга и дар женщины — жена артиста.
— Чем очаровала вас ваша нынешняя жена?
— Она меня обвесила в магазине. Тогда она работала продавцом, и я устроил скандал. Она долго извинялась, на что я ответил, что могу ее простить, если она выйдет за меня замуж. Вот так мы и поженились: то ли в шутку, то ли всерьез. Но я очень рад тому, что случилось все именно так — нам помогает все, даже “незначительная” разница в возрасте: мне — 49, а моей жене — 20. С тех пор я не хожу по магазинам и даже не знаю, сколько стоит пакет молока.
— Что может приготовить Крыжановский, когда остается один?
— В периоды холостяцкой жизни, между женитьбами, научился превосходно готовить чай, яичницу и резать хлеб. Было несколько удачных попыток сварить суп из курицы.
— Ваши вредные привычки ограничиваются традиционными: пить-курить?
— Уже и этих нет — одиннадцать лет назад я успешно бросил последнюю сигарету. Кстати, курил “Приму”. С тех же пор я не употребляю спиртного, даже пива. Всему этому предпочитаю пельмени и парное молоко, что заметно по моей комплекции.
— Почему в вашем театре все женские роли играют мужчины?
— Ответить на этот вопрос могу не только я, но и вся постсоветская эстрада. Вы заметили, что на эстраде очень мало женщин: Клара Новикова, Елена Степаненко — жена Петросяна и еще пару имен. Все! Эстрадник — это мужская профессия. Это страшная профессия. Знаете почему? У артиста эстрады нет красивого шекспировского монолога, нет обильных декораций, нет режиссерской отточенной постановки. Нет чего-то серьезного, что есть в больших театрах. Эстрадник выходит на сцену, где перед ним — только микрофонная стойка. Он как бы голый. И только от него зависит, рассмешит он публику своим мастерством или его забросают помидорами. Поэтому так мало в нашей профессии женщин, способных, образно говоря, раздеться прилюдно. Причем женщина на эстраде не должна бояться быть некрасивой. На это по природе своей пойдет не каждая. Не нашли мы такой и в Минске для нашего театра. Поэтому наш “христофоровец” Владимир Воронков и есть наша народная артистка Республики Беларусь.
— Вы стали чаще появляться на телеэкране даже в рекламе. Где интереснее работать?
— Артисту интересно пробовать. Вот сейчас с большим желанием мы работаем в новом телепроекте на белорусском канале “Лад” — программа называется “Эх, анекдот, анекдот”. Для ОНТ мы уже предложили юмористический сериал, который называется “Следствие ведут ментюки”, — это пародия на все современные криминальные сериалы. А на студии “Беларусьфильм” начались съемки картины про Чечню, где я буду играть чеченского полевого командира, для чего в августе уезжаю в Майкоп.
Что касается рекламы, то многие артисты принимают эти предложения, позволяющие лишний раз мелькнуть по телевизору да и, что греха таить, подзаработать. Но творческого удовлетворения, уверяю вас, от этого не получаешь. Наверное, поэтому отсутствие “морального” тебе компенсируют материально.
— Знакомством или дружбой с кем из сатириков вы дорожите?
— У нас сложились очень хорошие отношения с Юрой Гальцевым — мне кажется, что он такой же смешной человек и в жизни, как на сцене. Очень дорожу отношениями с ребятами из “Городка” — Юрием Стояновым и Ильей Алейниковым.
— На своем дне рождения вы тоже чувствуете себя в роли артиста?
— Я не люблю отмечать свои дни рождения. И всякий раз вспоминаю слова Бернарда Шоу: “Каждый день рождения — это шаг к финалу”. Поэтому не люблю отмечать это торжественно. Кстати, мой день рождения совпал с днем рождения Щорса и Александра Сергеевича Пушкина — 6 июня. Последние годы эту дату встречаю где-нибудь в пути и даже в самолете — по дороге на отдых. Закончу ответ на вопрос словами Гете: “Остановись, мгновенье, ты — прекрасно”. Сегодня для меня оно действительно таково — аплодисменты зрителей в залах, мужская и творческая зрелость, профессиональные удачи и дорогие люди рядом.
(Спасибо за вопросы Виктории, Владимиру Константиновичу, Сергею, Ольге Тишкевич, Яну, Игорю, Татьяне, Надежде, Виктору Скуфнину, Юле, Сергею Овсянику, Анне, Владе Тихоновой, Ирине, Валерию Филипповичу).
Юрий Святокум. Фото Аркадия Николаева.
|
