Наверное, нет в мире такого произведения живописи, с которым бы экспериментировали больше, чем со знаменитой “Джокондой”, написанной Леонардо да Винчи в 1503—1506 годы. В минувшем веке профессионалы от поп-арта разрезали изображение Моны Лизы на тонкие полоски или дорисовывали ей усики — полагали, что это на полотне не кто иной, как молодой Леонардо. Программисты в свое время тоже взялись за этот шедевр. У кого только не висели в комнатах и кабинетах бездушные серо-белые Джоконды, состоящие просто из чисел. С минувшей весны “Джоконду”, а вернее, материалы, из которых она сделана, усиленно стали изучать специалисты Центра исследований и реставрации музеев Парижа: рама деформировалась и может дать трещину...
Помню, в студенческие годы мне тоже захотелось поколдовать над “Моной Лизой” — интересовал секрет ее ускользающей улыбки, в которой скрывались оттенки разных чувств: грусть и радость, доброта и лукавство, ирония и очарование... Я взял большое зеркало и посмотрел в него на отражение “Джоконды”. Привычный образ в моих глазах изменился на “обратный”, и стало еще более заметно, что один краешек губ Моны Лизы приподнят, а другой — ровный. Вот она, техника полуулыбки, заключил я тогда. А добавь к этому легкий прищур в глазах, который нетрудно изобразить... Нет, секрет все же оставался. Казалось, Леонардо отдал часть своей души этой грациозной женщине с вдовьей вуалью на голове...
Недавно журнал New Scientist, газета The Independent, а вслед за ними многие информационные агентства сообщили, что секрет улыбки разгадан американскими офтальмологами Кристофером Тайлером и Леонидом Концевичем. Эти специалисты из Научно-исследовательского института глаза в Сан-Франциско считают: тайна знаменитого произведения — в специфике нашего восприятия, которое как раз и учел Леонардо да Винчи. Откуда в лице Моны Лизы такое богатое разнообразие эмоций? Оно кроется в помехах, которые возникают в нашей системе визуализации. Глаз человеческий очень восприимчив к свету. Число фотонов, попадающих в отдельные клетки сетчатки, колеблется. Они активизируют абсорбирующие пигменты, возникают шумы в работе нейронов, которые отвечают за передачу визуальных сигналов в мозг. В итоге картинка чуть искажается и представляется тем более “разной” и живой, чем больше времени мы на нее смотрим.
Объяснение американских офтальмологов — не единственное, его пока рано принимать за истину. Больше года назад свою версию, объясняющую феномен “Джоконды”, предложила профессор Гарвардского университета Маргарет Ливингстон. Она выступила на ежегодном собрании Американской ассоциации за прогресс в науке.
По мнению этой ученой, сообщало Би-би-си, эффект мерцающей улыбки связан с эффектом периферического зрения. Улыбка Моны Лизы очевидна только тогда, когда зритель смотрит ей не прямо на губы, а на другие участки лица. Ливингстон предположила: иллюзия исчезновения улыбки при смене угла зрения связана с тем, как человеческий глаз обрабатывает визуальную информацию. Особенности же нашего визуального восприятия таковы, что прямое зрение хорошо воспринимает детали и плохо — тени. “Ускользающий характер улыбки Моны Лизы можно объяснить тем, что она почти вся расположена в низкочастотном диапазоне света и хорошо воспринимается только периферическим зрением, — заявила перед коллегами Ливингстон. — Такие художники, как да Винчи, импрессионисты и другие, открыли истины, которые ученые только сейчас начинают постигать”.
Любопытную версию предложил... один дантист. Итальянец Филиппо Сурано выдвинул теорию, что необычный, загадочный изгиб губам Моны Лизы, сложенным в полуулыбку, придали крепко сжатые зубы. Доктор предполагает: позировавшая художнику дама страдала от вредной привычки — непроизвольно скрежетала зубами во сне или в моменты нервного стресса. А так как сеансы позирования были длительными и сильно ее утомляли, она, мол, непроизвольно стискивала зубы. (Подсчитано, что Леонардо да Винчи на создание этого шедевра потратил около 10 тысяч часов: с лупой в одной руке и шелковой кистью в другой он наносил мазки в 1/20 — 1/40 мм. Он использовал трудную технику сфумато — растворял контуры и играл сочетаниями света и тени). Сурано хочет знать, что по этому поводу думают историки искусства: быть может, у них найдется факт, подтверждающий эту догадку?
Если улыбка Моны Лизы занимает умы главным образом медиков и физиков, то искусствоведы и историки больше озадачены тем, кто же все-таки изображен на знаменитом полотне? Официально пока принята версия, что Леонардо позировала жена флорентийского купца Франческо дель Джокондо мона (сокращенно от “мадонна”) Лиза Герардини. При этом искусствоведы ссылаются на мастера жизнеописаний Вазари, который утверждал, что Леонардо изобразил жену купца в образе Весны.
Этой гипотезе противостоят три других, не менее сильных. Согласно первой, художник создал полуобнаженный портрет любовницы Джулиано Медичи — синьору Пачифику Брандано. По второй — это не что иное, как автопортрет Леонардо, на что указывают и компьютерные исследования. Согласно третьей, это изображение Катерины — матери Леонардо, прототипа многих героинь его мадонн. Дескать, молодой образ ее он все время носил в памяти, страдая эдиповым комплексом.
Некоторые сторонники различных псевдонаучных учений, к примеру, полагают, что натурщица Леонардо была ведьмой или просто энерговампиром.
А два года назад появилась версия немецкого искусствоведа Магдалены Зейст. Она уверена, что на полотне — итальянская графиня Катерина Сфорца, одна из знаменитых известных куртизанок эпохи Возрождения. Графиня вела распутный образ жизни, не раз выходила замуж, параллельно заводила бесчисленные любовные романы и нарожала 11 детей, главным образом внебрачных. Раскрыть загадку ученой помогла малоизвестная картина другого итальянца — Лоренцо Ди Креди. Он написал Катерину, когда ей было 25 лет. Теорию Зейст подтверждают также исторические документы.
Константин Столярчук.
|
