140 секунд... в небесах

Свой страх я пробовала запрятать поглубже, но это не всегда удавалось. В первый раз, когда во время медосмотра дали заполнить "Заявление об освобождении от ответственности", в котором говорилось о риске и опасности причинения вреда, о действиях непреодолимой силы -- чрезвычайных и непредотвратимых при стечении обстоятельств. "Завещание написала?" -- пошутил такой же, как я, новичок...

Все, у кого давление было в норме и ограничение в зрении не превышало 40 процентов, отправились на инструктаж. Он длился довольно долго. Инструктор Юрий Стефанович рассказал, как устроен парашют, разложил по полочкам все наши дальнейшие действия и объяснил, как вести себя в особых случаях. Например, при "посадке" не на поле, а... в лес, на верхушку дерева или на крышу здания. Хорошо еще, что поблизости нет водоемов! "Самое главное -- правильно приземлиться на ноги, -- сказал инструктор. -- Их нужно плотно сжать, напрячь и чуть-чуть согнуть в коленях. Тогда ноги вы не сломаете. Переломы случаются редко, семь--восемь раз на тысячу прыжков". Вот тут сердце екнуло во второй раз, а две хохотушки из нашей группы примолкли и тихонько вышли из класса.

Сначала, в спортзале, мы "опробовали" висящий парашют, чтобы представить себя в воздухе: дергали за стропы и разворачивались в нужные стороны. Потом на улице отрабатывали приземление сначала с учебной вышки в песок, а затем -- из люка стоящего на земле "кукурузника" (Ан-2). Рассказывают, был такой случай: одна девушка очень боялась высоты и долго не решалась подняться даже на вышку. А прыгнув с нее в песок... сломала ногу.

Ох и тяжелым было снаряжение: один только десантный парашют Д-6 весит 13 кг! А еще и запасной. Их при мне дважды проверили, о чем сделали запись в журнале. Между прочим, для получения паспорта парашют проходит шесть этапов проверки.

Мы прогуливались по краю поля, ожидая самолета, и наблюдали, как прыгают другие. Со стороны это выглядело смешно: до земли еще далеко, а они уже готовят к "посадке" ноги. Кстати, каждый прыжок контролируется инструктором -- для этого установлен специальный бинокль или труба зрительного контроля.

Наконец самолет с десятью членами нашей команды на борту, нарезая в воздухе круги, начал набирать высоту. Все меньше становились летное поле, домики, лес. Дорога превратилась в узкую полоску, по которой, словно игрушечные, передвигались машины. Затем все скрылось за пеленой облаков. "Кукурузник" трясло. Я почувствовала, что у меня закладывает уши и стало подташнивать. А в голове вертелось: "Что я здесь делаю? Зачем мне это нужно?"

Погода для прыжков в тот день была хорошая -- ветер ровный. Первым был выброшен "пристрелочный" парашют, чтобы определить примерное место приземления. Сердце ушло в пятки, когда в салоне замигала желтая лампочка, а в проеме двери опять засвистел ветер. Перекрикивая рев двигателей, инструктор подтолкнул меня в спину: "Пошел!" Назад пути не было. Три секунды свободного полета, а в голове -- пустота. Страх совершенно испарился, когда дернула за кольцо парашюта и повисла в воздухе. Казалось, даже время замедлилось. Еще бы: скорость падения -- 55 м/сек., а под куполом парашюта -- всего 5. Весь полет с высоты 900 метров продолжается около 140 секунд.

Я с любопытством рассматривала все вокруг, удивляясь все тому же странному ощущению, -- эдакой упоительной легкости ума. Земля казалась размытым пятном. И вдруг, когда она была уже совсем близко, мое туловище наклонилось вперед, принимая горизонтальное положение. В таком случае, нас предупреждали, есть все шансы "пропахать" носом землю. Забыв про наставления, я лихорадочно начала дергать за все стропы, обламывая ногти. Прощай, французский маникюр! В общем, приземлилась удачно. "Долго не лежите -- доктор будет волноваться" -- вспомнились слова инструктора и, поднявшись, я осмотрела свой комбинезон. На коленях и том "мягком" месте, которым хорошенько протащило по траве, виднелись крепко залатанные дыры...

Боюсь ли я теперь высоты? Не знаю, может, нужно проверить...