Экс-солист Белорусского государственного музыкального театра Эдуард Мартынюк недавно сменил оперетту на оперу и сегодня уверенно заявляет, что опера для него — большой прорыв. В проекте “Три славянских тенора” артист будет представлять нашу страну. О себе, о творческой карьере и планах на будущее Эдуар Мартынюк рассказывает читателям “Вечерки”.
— Как так получилось, что в жизни вы выбрали именно эту профессию?
— Родился и вырос в Украине. С детства все меня называли клоуном, комиком. А еще очень любил петь. У моих родителей великолепные слух и голос, что, наверное, я унаследовал от них. Потом попал в кружок художественного чтения (который впоследствии стал театральным). Мы ставили пьесы, учились танцевать.
— То есть актер — мечта детства?
— Я — романтик, и в детстве мечтал о мореходном училище, но театр пришелся по душе больше. Поступил в Днепропетровское театральное училище на отделение “Актер театра драмы”. Вообще актеров музтеатра там не готовили, но так случилось, что преподаватель услышал, как я пою, и стал давать мне репертуар. И одному со всего курса мне выдали вкладыш в диплом, позволяющий работать и в музыкальном театре. После окончания училища пригласили на работу аж 12 украинских театров. Но начал я свою творческую карьеру в Одесском театре музкомедии, где за три года сыграл 70 процентов репертуара.
— И как же вы из Одессы ухитрились попасть в Минск?
— На международном конкурсе артистов оперетты я занял первое место. Меня пригласили в Свердловск — там проработал четыре года. После пробовался в мюзикле “Метро” в Москве, уже даже начал репетировать. Но так как условия там были тяжелейшие, уехал обратно в Свердловск. А потом получил приглашение от минского музыкального театра. Приехал и проработал здесь четыре года. Был занят почти во всех постановках, только в балетах, пожалуй, не участвовал. Во многих спектаклях по две-три роли исполнял.
— А почему решили расстаться с этим театром?
— Хотелось чего-то большего. Тем более, что уровень оперетты, на мой взгляд, сейчас невысок. Не приглашаются хорошие балетмейстеры и режиссеры. Дирекции это не надо, а актер в таких условиях просто погибает, потому что стоять на месте — все равно что идти назад. В музыкальном театре я переиграл все, кроме Бони из “Королевы чардаша”. У меня было чувство: как только сыграю эту роль, уйду из оперетты. Так и случилось. Просто надоело ходить по кругу. Дело в том, что в оперетте легко спрятаться за хороший текст. Как говорил Анатолий Папанов: “В нашем актерском деле главное — вовремя и наизусть”. Вышел, сказал: “Ах, оставьте, Фэрри, если женщине весело, пусть она выплачется до конца. Ха!” А потом стал на колено — все, красиво! Зрители в восторге: какой хороший актер!..
Опера для меня неизведанный во всех отношениях жанр. Коллектив театра принял тепло. Но чтобы здесь выжить, пришлось кардинально изменить рабочий режим.
— Вместе с российским певцом Николаем Басковым и Владимиром Гришко из Украины вы участвуете в проекте “Три славянских тенора”. Расскажите о нем подробнее.
— Этот проект появился после одного из концертов в Киеве, где выступали Николай Басков, Монтсеррат Кабалье и Владимир Гришко. За границей очень ценится русская опера, так как она самая сложная. И вот решено было показать в одном проекте, представляющем славянскую культуру, три страны — Россию, Беларусь и Украину. Я буду исполнять песни на белорусском языке. Недавно, например, исследователь древнебелорусской музыки Виктор Скоробогатов нашел для меня две песни 1713 года. Пока не знаю, какую из них буду исполнять. Будут, конечно, и известные белорусские песни, такие как “Купалiнка”. Я приложу все силы, чтобы достойно представить в этом проекте нашу страну и культуру.
НА СНИМКЕ: слева направо — Эдуард Мартынюк, Владимир Гришко и Николай Басков.
Беседу вела Ольга Полякова.
|
