Адресат любви

Собрались известные поэты, деятели культуры разных национальностей, просто ценители творчества Гамзатова. В тот вечер его стихи читались на многих языках: русском, арабском, армянском, английском, украинском, чешском, курдском... На аварском исполнял песни Хизри Асадулаев. Звучали строки из гамзатовской “Белорусской тетради”. Автор посвятил ее нашей стране, которую назвал “адресом нестареющей любви”. Это признание не оставило равнодушным народного поэта Беларуси Рыгора Бородулина; на мемориальном вечере он читал свой перевод этих стихов — “Любовi адрас”...

Интересным было выступление народного артиста СССР композитора Игоря Лученка. Он вспоминал о том, как Гамзатов подарил ему свою книгу с автографом: “Дорогому Игорю Лученку с верной дагестанской любовью!”

Один из авторов мемориального комплекса “Хатынь” скульптор Леонид Левин вспомнил январь 1970 года. Представителей советского Комитета по Ленинским премиям во время посещения “Хатыни” попросили не высказываться о комплексе раньше времени, то есть до своего возвращения в Москву. Но Гамзатов не был бы поэтом, если б не поступил по-своему. Он говорил и о трагедии Хатыни, и об авторах мемориала. Вскоре в “Правде” появилась публикация “Диалог в купе” — беседа Чингиза Айтматова с Расулом Гамзатовым на обратном пути из Беларуси. Запомнились слова поэта: “Я буду завещать своим внукам, правнукам и всем последующим поколениям: приезжайте очищаться в Хатынь!”

Расул Гамзатов стал членом Союза писателей в 20-летнем возрасте. Позднее, описывая свой жизненный путь, оставался скромным. Он подчеркивал, что по старинной аварской пословице тот, кто на границе двух возрастов орлом не стал, им и не станет — будеть чирикать всю жизнь. И при этом признавался, что сам еще не стал орлом, но и воробьем не будет... Мужчины любили Гамзатова за его мудрость, женщины — за красивейшие стихи о любви, государственные деятели — за честные поэтические строки о судьбе своего народа.

Прошел год с тех пор, как Расул Гамзатов покинул этот мир. Дочери его не смогли приехать в Минск на этот вечер; они прислали телеграмму, в которой благодарили всех его участников за память об отце. Гамзатов просил похоронить его рядом с женой на горе Таркетау: “Оттуда будет виден мир, который я объездил”. Еще просил взять по горсти земли отовсюду, где он побывал, и привезти на могилу. Белорусы решили исполнить этот завет и в тот вечер передали дагестанцам горсть земли — “С любовью от белорусского народа”...