До сих пор ему слышен свист пуль

...Когда началась война, Алексею было шестнадцать. Поначалу подросток попал на строительство укреплений. Потом, после учебы в запасном полку, его зачислили в 1374-й действующий стрелковый. Пройдя пехотой весь Кавказ, незрелый еще мальчишка оказался под Таганрогом. Силы были неравные, Красной Армии часто приходилось держать оборону. Как жили? Полевая кухня привозила еду, в основном по ночам — сидели за импровизированным столом и пересчитывали всех, вспоминали, кто не вернулся из боя. Спали в земляных рвах, грелись около костра. От постоянной сырости на ногах у Ткалича начала развиваться экзема, которая беспокоит до сих пор.

Что интересно, молодой парень поначалу не осознавал всю жестокость происходящего — предсмертное “ой!” сослуживца после попадания вражеского снаряда вызывало лишь удивление и недоумение. По-настоящему страшно стало тогда, когда вдвое старшему боевому товарищу, которого сразила разрывная пуля, пришлось оказывать первую помощь. Кругом бомбили. Казалось, что стонет земля. Отовсюду слышались крики о помощи. Невозможно было смотреть, как в полыхающих населенных пунктах бегают плачущие дети и ищут мать или как измученные и покалеченные солдаты не могут выбраться из болота.

Однако едва достигшему совершеннолетия сержанту Алексею Ткаличу нельзя было падать духом, ведь на него возложили большую ответственность — командовать ротой. А это значит — идти всюду первым. Однажды ротный попал под прицел немецкого снайпера и получил сквозное пулевое ранение. Парня отправили лечиться в глубокий тыл в Свердловскую область. Госпиталь размещался в школьном спортзале. Не хватало тепла, поэтому раны заживали долго...

После выздоровления Алексея перебросили на Ленинградский фронт в 134-й гвардейский стрелковый полк. Как вчера помнится прорыв блокады Ленинграда, последующие тяжелые бои с финнами, освобождение Эстонии.

— Приближение долгожданной победы чувствовалось. Два весенних месяца Красная Армия держала противников в окружении на Курляндском полуострове. И когда я со своими сослуживцами увидел белые простыни вместо флагов, вывешенные противниками, восторгу не было предела, — вспоминает ветеран. — Две недели мимо нас понуро шли колонны немцев. В свою очередь наши войска возвращались в северную столицу маршем. Весь город вышел встречать победителей, кругом — цветы, радостные лица, детский смех.

Сегодня Алексей Кондратьевич даже удивляется, насколько ребята не щадили себя, защищая Родину, в азарте сражений теряли чувство времени и голода. Ни у кого абсолютно не возникало мысли отсидеться в окопах или спрятаться за спинами других. Наоборот, возмущались, если не брали в бой и оставляли в резерве. Были молодыми, дерзкими. Поэтому Ткаличу странно слышать о том, что героизм многих мальчишек в годы войны надуман. “Кто не пережил чувства голода, страха, унижения, тот не поймет этого”, — уверен мой собеседник. Несмотря на три ранения, после одного из которых его контузило, он выжил и сохранил огромное желание в мирное время творить добро.

Получив на родной Украине диплом инженера, выпускник по направлению приехал работать в Минск на завод Октябрьской революции. Позже в трудовой книжке значится завод автоматических линий. Поскольку специалистов с высшим техническим образованием было крайне мало, Алексея Кондратьевича часто просили брать шефство над молодежью. Опыт работы с детьми приобретал также в пионерском лагере, будучи военруком. Так судьба постепенно подводила нашего героя к делу, о котором он раньше не думал, — педагогическому. В итоге в автомеханическом колледже Алексей Кондратьевич Ткалич преподавал почти сорок лет.

4 марта ветерану исполняется 80. Лишь год назад вышел на заслуженный отдых. Однако по сей день время от времени он слышит во сне свист пуль и вспоминает подгорелую солдатскую кашу. Поздравляем юбиляра и пускай его как можно дольше оберегает ангел-хранитель!

НА СНИМКЕ: А.К. Ткалич в первые послевоенные годы.