Заслуженный артист Беларуси Михаил Дружина принадлежит к тому типу певцов, голос которых не стареет. 2 июня, в празднование 50-летия творческой деятельности, солист Белорусской оперы исполнит партию монаха Досифея в “Хованщине” Мусоргского. Образ главы раскольников — одна из высочайших вершин басового репертуара, воплощение мудрой праведности, убежденной веры и — исторической обреченности. Заключительная сцена, в которой Досифей доминирует, ошеломляет трагизмом и силой человеческого духа. Истовый молебен подготавливает раскольников к страшному шагу — самосожжению... Партнерами 83-летнего Михаила Дружины по сцене станут Олег Мельников, Сергей Франковский, Владимир Петров, Наталья Акинина...
Михаил Афанасьевич был военным летчиком. На штурмовиках Ил-2 громил фашистов, с подразделениями ВВС Войска Польского освобождал Восточную Европу. Удостоен множества боевых наград — медалей и орденов, в том числе польских. После войны Михаил Дружина обратился к самой мирной профессии — пению.
— Напутствовал меня сам маршал Жуков, тогда министр обороны СССР, — вспоминает Михаил Афанасьевич. — В 1952 году он присутствовал на учениях войск стран Варшавского договора. После разбора учений был концерт, на котором я спел песню Варяжского гостя и куплеты Мефистофеля. Жуков сидит в первом ряду, аплодирует, со сцены меня не отпускают. И мне подсказывают: спой украинскую песню, Жуков их любит. А я ведь украинец, из Днепропетровской области! И с душой спел на “бис” “Дывлюсь я на нэбо”. Жуков встал — а за ним, как водится, встал и весь зал — подошел к сцене, пожал мне руку и сказал: “Молодец, старший лейтенант! Вам бы в опере петь!” Я тогда об этом еще и не думал, хотя уже учился на втором курсе консерватории. Помню, тогдашний ректор консерватории Анатолий Богатырев меня — и не раз! — отчитывал: “Я вынужден вас исключить, у вас 200 процентов прогулов!” Но все не исключал, и я даже получал 275 рублей стипендии как талантливый студент. После случая с Жуковым меня стали намного охотнее отпускать из части на занятия...
В 1956 году Михаил Дружина окончил консерваторию по классу Витинга — известного певца и педагога, близкого друга Шаляпина, с которым пропел в Большом театре почти четверть века. В классе у Витинга училась и обаятельная девушка Полина.
— Сначала я влюбился в ее голос — великолепное, красивейшее меццо-сопрано. Женился, когда был на четвертом курсе, а она уже оканчивала консерваторию. Мы вместе работали в театре, в любви и согласии прожили 46 лет, до последних дней ее жизни. У нас сын и уже взрослый внук. Никому из младших Дружин Бог не дал голоса, но внук увлекается бас-гитарой, и, по всей видимости, для него это серьезно...
Тогда, полвека назад, по настоятельному ходатайству Министерства культуры военнослужащего Дружину “отпустили” из Вооруженных Сил в музыкальную вотчину. А в оперный театр его пригласила сама Лариса Александровская, его художественный руководитель, большой знаток вокала. По словам Михаила Афанасьевича, собралась очень сильная труппа. Из тех, на которых стоило равняться, назвал Зюванова, Муромцева и баритона Ворвулева. В окружении звезд первой величины новичок не стушевался и уверенно вошел в репертуар с такими мощными “шаляпинскими” партиями, как Мельник в “Русалке”, Мефистофель в “Фаусте”, Пимен в “Борисе Годунове”, Досифей в “Хованщине”, Кончак в “Князе Игоре”. Неподражаемы были его Сусанин, Агамемнон, Инквизитор, Командор, Рамфис, Собакин, Гремин, Дон Базилио...
С особым чувством Михаил Дружина относится к концертным выступлениям в войсковых частях. Считает своим гражданским и человеческим долгом поделиться пережитым через музыку и простое общение с солдатами. Не случайно в концертном репертуаре певца самое почетное место занимают советские песни — такие близкие и знакомые песни о войне, любви, дружбе, красоте человеческих отношений.
Когда в свое время в оперном театре решали вопрос о том, чтобы проводить Михаила Афанасьевича на пенсию, — запротестовал весь театр. “Какой возраст?! — кипело всеобщее возмущение. — Но ведь Миша еще звучит! И как звучит!” Сочнее многих молодых басов, густо, ровно, величественно. И он по-прежнему красив и статен.
А самое главное — человек скромный и порядочный. Пример нравственного, честного, неравнодушного отношения к своему делу и людям. Ему доверяли всё: первые поездки за “железный занавес” и товарищеские суды. Он не отказывал ни в чем: внеочередные концерты, замены, два спектакля в день, две роли в одном спектакле... Таких трудолюбивых и ответственных исполнителей, не подверженных опасностям “звездной болезни”, еще поискать.
Елена Лисова. Фото Валерия Харченко.
|
