Сегодня гость нашей редакции — крупный предприниматель, инициативный и энергичный человек. Плоды его усилий на ниве бизнеса известны всем минчанам: Игорь Петрович Римский — один из соучредителей фирмы, построившей Паркинг-1 и Паркинг-2 на улице Кульман, он входит в состав руководства группы компаний, облагородивших территорию вокруг Комаровского рынка, построивших и эксплуатирующих один из крупнейших в столице торговый центр “Зеркало”.
Игорь Петрович — один из нас, минчан. Жизненный путь был усыпан отнюдь не розами, скорее, шипами от них. После окончания в Минске военного училища ВИЗРУ в 1984 году стал офицером Вооруженных Сил СССР, но после развала страны уволился из армии, поскольку не захотел вторично присягать на верность, да еще и тогдашнему руководству Украины... Так что в начале девяностых наши читатели вполне могли делить с Игорем Петровичем место в автобусе, возившем “челноков” в Польшу и обратно, — тогда многие не могли по-другому прокормить семью. Правда, отличный офицер стал отличным бизнесменом, поскольку за считанные годы из “челнока” вырос в учредителя вначале транспортной фирмы, а затем и строительной компании, которая в свою очередь превратилась в холдинг. В общем, сегодня Игорь Римский — один из тех людей, которых власти имеют в виду, когда говорят о решении тех или иных градостроительных задач “за счет средств инвестора”.
Да, время у нас сейчас горячее, жизнь кругом бурлит и меняется, и в это время позитивных перемен от крупного бизнеса зависит очень многое.
Поэтому так велик интерес всех слоев населения к тому, какой же он сегодня, этот самый крупный бизнес? Какие ценности исповедует, для чего работает и какими видит свои задачи по отношению к обществу?
Это и стало темой нашей беседы с Игорем Римским.
— Как-то само собой разумеется, что предприниматель в первую очередь работает на получение прибыли, иначе его деятельность не имеет смысла...
— Да, бизнес работает не ради убытков. Но представлять себе предпринимателя этакой машиной для зарабатывания денег, полностью отстраненного от общества и его проблем, тоже неверно.
Может быть, для вас будет неожиданным то, что я сейчас скажу. Но я считаю, что в нашей стране есть необходимость перераспределять часть заработанных средств в то, в чем общество сегодня нуждается.
— Игорь Петрович, вы говорите искренне?
— Абсолютно. Это как в отношениях с матерью: сначала она тебя кормит-поит, потом ты вырастаешь, и приходит время, когда уже не мама помогает тебе, а ты сам можешь ей помочь. Уже не ты тащишь от нее сидор картошки, а сам привозишь ей хорошие продукты и помогаешь с ремонтом. Вот такой подход считаю правильным и во взаимоотношениях с обществом и властью. В свое время тебе дали возможность заработать, стать на ноги, можешь себе позволить потратить часть денег на общие нужды. Не ради таблички: сей объект есть дар такого-то городу, Боже упаси, всегда этого избегал. А ради того, чтобы городу и землякам стало красиво, удобно, лучше, чем было до этого.
Поэтому, например, когда мне позвонили и сообщили, что есть такая инициатива о покупке убыточных сельских хозяйств крупными предприятиями и это надо поддержать, я сказал: “Конечно, да”, хотя решение было для нас непростым. Но я понимаю, что инициатива родилась оттого, что государство заботится о продовольственной безопасности, что страна, которая не может себя накормить, моментально становится объектом шантажа со стороны других государств.
Я могу помочь — я помогаю.
Правда, пока не могу похвастать, что купленный мной колхоз уже стал передовиком. Когда-то это было крепкое хозяйство, но за много лет его довели до ручки. Уже не существует консервный завод, свиноферма лежит в развалинах, в отчетности — приписки. Чтоб крепко поставить колхоз на ноги, нужны разовые финансовые вливания в объеме 1 миллиарда рублей. Таких денег в моем бизнесе нет, так что я на протяжении полутора лет каждый месяц перевожу колхозу примерно по 100 миллионов, заработанных другими моими предприятиями. Половина этой суммы тут же выплачивается сельчанам в виде воспомоществования (не могу сказать “зарплаты”, надеюсь, пока). Но, например, молочная ферма уже приближается к самоокупаемости, есть сдвиги и в других областях.
Но все равно, пока мы всего лишь поддерживаем хозяйство на плаву. Как я уже сказал, для радикального изменения ситуации нужны разовые крупные инвестиции. А почему бы, например, государству не дать мне кредит на развитие колхоза, и я бы отвечал перед банком как собственник за целевое расходование кредитных средств и их возврат? Вытягивать сельское хозяйство сподручнее сообща...
Обидно еще, что власть иногда сама мешает вести эту работу. Я имею в виду распоряжение об ограничениях в оказании спонсорской помощи. Я же для своего колхоза — спонсор.
— В какие еще проекты вы “перераспределяете” средства?
— На мой взгляд, в стране упущена идеологическая составляющая, направленная на воспитание чувства патриотизма у молодежи. У меня два взрослых совершеннолетних сына, и я вижу этот пробел. В наше время, несмотря на все эти “Ленин, партия, комсомол”, на свойственный официальной пропаганде формализм, сказать нашему парню что-то оскорбительное про СССР и не получить в зубы было невозможно.
У меня есть друзья-”афганцы”, создавшие музыкальную группу. Среди них — поэт и композитор Жадан. Эти парни видят свою миссию в том, чтобы напоминать обществу о людях, в свое время защищавших интернациональные интересы по приказу Родины. В том, чтобы нести молодежи идею любви и патриотизма, верности и мужества.
Группа эта называется “СССР”, а последний сборник песен “Служу Советскому Союзу”.
Группа уже выпустила несколько дисков, принимала участие в передачах на ТВ и радио, и сейчас мы работаем, чтобы попытаться вывести “СССР” на общенациональный уровень.
Мой творческий вклад в работу коллектива равен нулю, я просто поддерживаю их деятельность материально, потому что вижу в этом свой долг. Такие песни крайне необходимы подрастающему поколению. Не случайно же так популярны песни Газманова, группы “Любэ”.
— У молодежи сегодня еще и спорт в почете.
— Да, мы — один из спонсоров хоккейной команды “Юность” (Минск), чемпиона Беларуси. С первого дня существования “Юности” мы оказывали ей помощь, но вот уже полгода делать этого не можем — на все проекты просто не хватает средств. Поэтому мы извинились перед хоккейным клубом и пока свое участие в его судьбе приостановили. Подчеркиваю — приостановили, а не прекратили.
— Вот вы сказали про “все проекты”, а какие еще, например?
— Знаете, за все время нашего сотрудничества с хоккейной командой мы ни разу не попросили написать на бортике стадиона название своей фирмы, хотя это бы не вызвало никаких возражений. И колхоз тихо-мирно продолжает жить под своим прежним именем. Я надеюсь, понятно: это потому, что мы стараемся помогать, а не рекламироваться, или, как сейчас говорят, “пиариться”.
И то, что я скажу дальше, я говорю только потому, что вы спросили.
Еще один из крупных наших проектов — благоустройство площади между Домом мебели и заводом Орджоникидзе, с одной стороны, и улицами В.Хоружей и Кульман — с другой. Здесь когда-то стоял “шанхай” из нескольких сотен оптовых киосков, территория была захламлена и запущена. Крысы бегали. А теперь эта площадка — одно из красивейших мест города. Эту работу мы выполнили по собственной инициативе, за свой счет. Причем вложили в благоустройство этого участка в 6 раз больше средств, чем потратили бы на обязательные платежи, положенные для застройщика “Зеркала”.
То же могу сказать и об установленных возле “Комаровки” скульптурах торговки, фотографа и дамы, любимицы всей детворы бронзовой лошади. Нас никто не просил и не предлагал брать на себя все эти расходы. Наоборот, это мы предложили администрации включить этот пункт в план мероприятий и назначить нас ответственными за его выполнение.
— Скажите, такая модель ваших взаимоотношений с государством, очевидно, позволяет вам легче решать свои вопросы в коридорах власти?
— Ни в коем случае. Никогда, ни при каких обстоятельствах власть не шла нам навстречу в большей степени, чем это предписывается действующим законодательством. И все мои встречи с руководством проходили только в рамках официальных мероприятий и выглядели так: руководство — на трибуне, а я — в толпе рукоплещущих.
— И все-таки... Согласитесь: спонсирование хоккейной команды, благоустройство территории — уж очень все это “в тему”, вы просто подыгрываете власти.
— Да, я ей подыгрываю. Потому что мы в одной команде. У нас цели общие, понимаете?
— Игорь Петрович, так ли уж все безоблачно в ваших взаимоотношениях с государством? Неужели совсем нет претензий? Что-то не верится.
— Что значит “претензии”? Государство устанавливает правила игры, и я обязан им следовать. Другое дело, что некоторые предпринимаемые властями меры бывают поспешными и не до конца продуманными, что, к сожалению, не позволяет достигать искомого результата.
Вот пример — выход указа о снижении ставок арендной платы для предпринимателей на ярмарках и выставках. Идея отличная, имевшая своей целью облегчить жизнь мелкому бизнесу. Но на работе “Зеркала” это решение отразилось негативно. Дело в том, что для строительства торгового центра я брал кредит в “Беларусбанке” на определенный срок. Возвращал я его из средств, получаемых от торгующих в виде арендной платы. Она, кстати, была ниже, чем во многих местах. Повинуясь требованию указа, ставки я снизил, но банк отказался продлить срок возврата кредита. Мой бизнес-план затрещал по швам, и мне пришлось, чтобы рассчитаться с банком, начать продавать построенные площади арендаторам в собственность.
Вы спросите: улучшилась ли после этого ситуация с теми же ставками аренды?
Ответ: нет. Я был обязан выполнить требования указа, поскольку я большой и меня видно. А выполняют ли на деле, а не на бумаге, требования указа мелкие собственники? Они-то друг с другом один на один, и кто знает, кто с кем и как рассчитывается.
Да и управление “Зеркалом” в целом стало сложнее. Сейчас, например, создается кондоминиум. Но что стоило ввести новые правила работы через определенный срок? Объявить мораторий на год, например. Чтобы те, кто попадает “под раздачу”, могли успеть рассчитаться по обязательствам и скорректировать позиции. Мне кажется, чтобы все распоряжения власти были “допеченными”, системными, ей надо больше советоваться с теми, кого эти решения касаются непосредственно.
— Вот вы и пожаловались на власть...
— Как человек военный я понимаю, что есть тактика, а есть стратегия. Проиграть одно сражение — не значит проиграть в войне. Я не склонен драматизировать частные моменты, поскольку в целом мы все идем от хорошего к лучшему. А это главное.
Беседовал Александр Малиновский. Фото Валерия Харченко.
|
