Так называли одного из вождей Октябрьской революции
Лев Троцкий, пожалуй, — один из самых сложных и противоречивых политических деятелей ХХ века. Первый редактор газеты “Правда”, нарком иностранных дел РСФСР, нарком по военным и морским делам, председатель Реввоенсовета СССР, нарком путей сообщения РСФСР. Один из главных организаторов и руководителей вооруженного восстания в Петрограде в октябре 1917 года, идеолог “мировой пролетарской революции”, инициатор создания IV Интернационала. Человек, которого называли “красным Бонапартом”.
На вопрос: “Был ли Троцкий в Беларуси?” — многие могут ответить: “Да, был в Бресте в качестве руководителя советской делегации на переговорах с Германией”. Действительно, 9 января — 10 февраля 1918 года Троцкий возглавлял советскую делегацию на переговорах с немцами в Брест-Литовске. В то же время мало кому известно, что он неоднократно бывал в Минске, Речице, Гомеле, Могилеве, Лиде и Замирье (Городее).
Ни в одной из биографий Льва Троцкого, изданных в разных странах мира, вы ничего об этом не найдете. Мы расскажем о его пребывании в белорусской столице.
К 25 августа войска Западного фронта отошли на линию Липск—Свислочь — на восток от Бреста. Преследовавшие их польские части в начале сентября 1920 года провели еще одно крупное сражение на реке Неман. Пилсудский одерживал победы по всей линии фронта — на севере польская армия форсировала Западную Двину, на юго-востоке дошла до реки Збруч.
Троцкий в это время занял позицию, отличающуюся от позиции Ленина и командования Западного фронта. В своей книге “Моя жизнь” он вспоминал:
“Наши армии откатились на четыреста и более километров. После вчерашних блестящих побед никому не хотелось с этим мириться. Вернувшись с врангелевского фронта, я застал в Москве настроение в пользу второй польской войны... Командование Западного фронта обнадеживало: прибыло достаточно пополнений, артиллерия обновлена и проч. Желание являлось отцом мысли... Я заявил, что повторение уже совершенной ошибки обойдется в десять раз дороже и что я не подчиняюсь намечающемуся решению, а буду апеллировать к партии. Хотя Ленин формально и отстаивал продолжение войны, но без той уверенности и настойчивости, что в первый раз. Мое несокрушимое убеждение в необходимости заключить мир, хотя бы и тяжкий, произвело на него должное впечатление. Он предложил отсрочить решение вопроса до того, как я съезжу на Западный фронт и вынесу непосредственное впечатление о состоянии наших армий. Это означало для меня, что Ленин, по существу дела, уже присоединяется к моей позиции”.
Это откровенное признание Льва Давидовича во многом объясняет причины и цель его сентябрьского приезда в Белоруссию и начало советско-польских переговоров о мире в Минске.
При таких обстоятельствах в Минске 17 августа 1920 года начались переговоры между советской и польской делегациями.
2 сентября было принято решение о переносе переговоров в Ригу. Чтобы усилить позиции советской делегации и сделать польских дипломатов более “сговорчивыми”, Троцкий решил попугать Польшу. 9 сентября 1920 года он на своем знаменитом поезде прибыл в белорусскую столицу.
В первый же день своего пребывания в Минске председатель Революционного военного совета республики Л.Троцкий издает приказ № 241 по Западному фронту и прифронтовой полосе. В нем, в частности, говорилось:
“В освобожденных красными войсками областях осталось немало друзей и агентов польской шляхты, врагов трудового народа и рабоче-крестьянской власти. В первое время они притихли. Но когда наши красные войска потерпели временную неудачу, польские наемники, белогвардейские гады подняли голову в нашем собственном тылу. Они начали распространять слухи о том, будто красные войска скоро покинут Белоруссию. Этот нелепый слух подхватили спекулянты, торгующие валютой. Шляхетские провокаторы, называющие себя иногда эсерами (как, например, в Смоленске), пытаются внушить белорусскому крестьянину в казарме ту мысль, что война немедленно прекратится, как только Красная Армия выйдет из Белоруссии.
Всем органам военной и вообще советской власти в районе Западного фронта вменяется в обязанность усилить бдительность в городах, по линии ж.д. и в селах и принять самые суровые меры против сеющих смуту провокаторов-агентов Пилсудского, какими бы именами они ни прикрывались...”
9 сентября вечером в Минске состоялось совещание ответственных работников фронта, организованное Политуправлением Западного фронта.
На совещании председательствовал Л.Д.Троцкий. Во вступительном слове он дал краткую характеристику положения Красной Армии на различных фронтах. Троцкий подробно остановился на борьбе с армией Врангеля, положении на Западном фронте и борьбе с польскими войсками.
После докладов начальника Политуправления Западного фронта К.И.Шутко, заведующих отдельными отраслями работы на фронте и выступлений членов Польского бюро ЦК РКП(б) Ф.Я.Кона и Ю.Мархлевского Троцкий подвел итог прениям и обобщил все высказанные соображения в заключительном слове. Газета “Звезда” 11 сентября 1920 года назвала это слово ярким, бодрым, полным непоколебимой веры в силу и конечную победу Красной Армии в ее борьбе с шляхетской Польшей.
(Окончание следует).
Эмануил Иоффе, профессор БГПУ им. М. Танка, доктор исторических наук.
| 
