Найди меня, мама

Постепенно насыщается темными красками полотно зимнего вечера. В домике напротив храма зажглись огоньки окошек, озорно улыбнувшись крадущейся из тишины ночи. Оттуда слышатся задорные голоса ребятишек. Это непростой дом. Здесь живет Бог, творящий тайну исцеления поникшей в печали детской души. Дьяконический дом социального служения в поселке Тарасово, что под Минском, уже несколько месяцев принимает детей с умственными и физическими ограничениями в развитии. Эта приходская обитель построена с одной лишь целью — дать возможность обделенным малышам почувствовать себя значимыми. Одинокие мамы могут оставить здесь ребенка на десять дней, если им необходимо решить какие-либо дела. Случается, что женщина попала в больницу, а за сыном или дочкой присмотреть некому. В доме социального служения всегда готовы помочь в такой ситуации. Опытные педагоги работают с ребятами по специальной программе. Уютные спаленки, комната психологической разгрузки, домашняя обстановка. У входа в гостиную висит распорядок дня. Из него видно: здесь и делу время, и потехе час.

Скучать в обнимку со своей бедой ребенку не приходится. У детишек чудесным образом проявляются неведомые ранее способности. Они лепят различные сувениры, занимаются рисованием. Пробуждаются и кулинарные таланты. Ребятишки готовят салаты, сладости. По прошествии нескольких дней родители не узнают своих чад. В их глазах зарождается радость жизни. Боль от беды, связавшей их воедино узлами недуга, притупляется. Они начинают понимать, что появились на свет, чтобы жить. А жить — значит, ежедневно приносить в этот мир дары.

Дети посещают церковь, познают Бога, и он, проникая в их души, ведет чистые детские сердца к добру и радости, удаляя от тропы безучастного существования.

Идею создания приходского дома отец Сергий вынашивал уже давно. Подобная практика много лет существует на Западе. Он хотел, чтобы привозили и детей-сирот, но у нас еще не осознали значимость таких учреждений. Но ведь библейская заповедь гласит: возлюби ближнего своего как самого себя. Ей мы должны следовать, чтобы спасти попавших в беду детей.

Великий князь Владимир поручил в 996 году общественное призрение, куда входила и помощь сиротам, попечению и надзору духовенства. Он и сам раздавал милостыню убогим, странникам, сиротам. Великий князь Ярослав учредил сиротское училище, где призревал и обучал 300 юношей. Призрение бедных, страждущих, в том числе и детей, рассматривал как одну из главнейших обязанностей и Владимир Мономах, который призывал: “Всего же паче убогих не забывайте, но елико могуще по силе кормите, снабдите сироту”.

В те далекие времена, когда еще не существовало единого государства Российского, призрение детей-сирот было частным делом князей, либо возлагалось княжеским государством на церковь. Но в любом случае оно осуществлялось из религиозных, моральных побуждений, рассматривалось как богоугодная акция. Поговорка того времени гласит: “Не постись, не молись, а призри сироту”.

Существовали в древние времена и конкретные способы защиты осиротевшего ребенка путем его усыновления или передачи на опеку. Усыновление как искусственное “сыновство”, как прием “стороннего” в состав семьи, совершалось в России издревле, то есть, и в пору язычества.

Таким образом, усыновление знали и времена, когда существовала древняя семья с патриархальным отцом семейства во главе, в которую одинаково входили “и дети, и рабы, и принятые в семью (примаки) из чужой семьи”. Но со временем все более отчетливым становится намерение усыновителя иметь наследника, который бы поминал души бездетных супругов.

Опека над несовершеннолетними своими корнями уходит далеко в глубь истории. Забота об осиротевших детях претворялась в жизнь по-разному. Они нередко попадали в монастыри, где их воспитывали, кормили и одевали. Существовало в то время даже такое понятие, как “монастырские детеныши”, в число которых попадали и осиротевшие бедные разоренные боярские дети, у “которых отцы и матери “посечены”. А в некоторых монастырях, например, в Кирилло-Белозерском, существовали детские приюты “голышни”. Они находились под присмотром специально приставленного к ним старца. Монастырь этих сирот брал “на корм”, одевал, приспосабливая к различным работам. Ребята работали, к примеру, на кухне. Трудились несовершеннолетние воспитанники монастыря и на пашне. Осиротевших детей также брали в зажиточные дома, где благочестивые отцы семейств их воспитывали и обучали какому-нибудь занятию, а по достижении совершеннолетия отпускали, что называлось “благословлять в мир”. Вместе с тем бытовало и преступное отношение к осиротевшим детям. По свидетельству Н. Костомарова, в ХVII веке служилые люди торговали самым бессовестным образом женским полом в Сибири. “Они насильно брали беспомощных сирот-девиц и продавали их”.

Крестьянские дети, “оставшись от родителей своих”, поступали на воспитание или родственников, или посторонних людей вместе со своим имуществом. Если у осиротевшего ребенка не было никакого имущества, он жил обычно мирским подаянием.

Высокий тонкий стан, мягкие кудри волос, а в омуте взгляда, как и семь лет назад, все та же мольба о внимании и заботе. Очаровательная Наталья Гончарова — не Мадонна великого Пушкина. И даже не дальняя родственница прелестной Натали из ХIХ века. Воспитанница Вилейской специальной школы-интерната для детей с тяжелым нарушением речи Наташа Гончарова — сирота. А окрестили ее так в Доме ребенка. То ли за игривые прядки, то ли в дань памяти великого поэта и его романтической любви.

В биографиях “сыновей и дочерей” государства детство, юность, отрочество замещаются протокольным - - Дом ребенка, детский дом дошкольного типа, школа-интернат... В анкете Наташи часто повторяется слово “специализированный”. В дом для детей-сирот подобного типа девочка попала с легкой умственной отсталостью. Однако к шести годам благодаря усердию педагогов ее речь существенно развилась.

Наталья очень любит книжки, хорошо поет. Лучшие подружки — куклы. С этими пластмассовыми существами у девочки полное взаимопонимание. Им она отдает свое нерастраченное сердечко.

А на рождественских балах ей нет равных. Однако танцует она все чаще одна в такт собственной мелодии. Да и держится от других детей обособленно. Все больше живет в известном только ей мире. Тем не менее девочка хочет, чтобы ее забрали в семью.

Год назад Ташу (как ее ласково называют воспитатели) взяли к себе приемные родители. Но вскоре вернули обратно. Ребенок много капризничал. Подружиться с людьми оказалось намного сложнее, чем с куклами. Наташа кричала и плакала, ей недоставало заботы. Трудный ребенок осложнял жизнь приемной матери.

...Наталья Николаевна — кокетка. Наряды, заколки, украшения — все должно соответствовать. Наверное, это у нее от однофамилицы галантной эпохи. Хочется верить, что белоруска Гончарова унаследовала от русской красавицы и счастье в любви.

В группе дошколят, которым предназначались подарки, тринадцать детей. Ребятишки были очень рады гостям. Они показали свою группу и вместе с воспитателями провели для нас небольшую экскурсию.

После знакомства с жизнью ребят наступил момент раздачи подарков. Ребята придвинулись к нам поближе. Мальчишки радовались зайчикам большим и поменьше, плюшевым собакам и медведям. Девочкам мы дарили кукол и детскую посуду. Один воспитанник из всего разнообразия игрушек выбрал для себя разноцветного клоуна и так до конца вечера с ним и проходил в обнимку.

Самые бойкие дети брали по нескольку игрушек и складывали их в кучу, а те, кто поскромнее — одну единственную, но прижимали ее крепко-крепко к самому сердцу. И хотя в группе было много игрушек, ребята были увлечены нашими. Куклы и медведи словно ожили в детских руках.

Наверное, этим ребятам пришлось многое пережить до того, как попасть в детский дом. И несмотря на то, что у каждого из них — своя история, здесь они обрели крышу и большую семью.

Мы возвращались домой взволнованные, задумавшись и о судьбе наших будущих детей. Очень хочется, чтобы они были счастливыми.

Во вторник, 28 февраля, с 17 до 19 часов ведущая рубрики Ольга Косякова будет ждать ваших звонков по телефону 284-78-58.