Она автор и ведущая самой женской телепередачи в Беларуси "Судьбы своей хозяйка". За три года эфира в гостях у нее побывали более 70 представительниц прекрасного пола; в их числе -- депутаты, банкиры, бывшие заключенные... С Ларисой Гринько беседует корреспондент "ВМ".
— Лариса Петровна, как вы пришли на телевидение?
— В детстве мечтала стать учительницей. Позже поняла, что это не мое. Окончила БГУ, исторический факультет. Но по специальности не проработала и одного дня; правда, участвовала в археологических раскопках на Днепре, была архивная практика в Гродно. 14 лет посвятила Белорусскому радио. А когда в 1994 году создавалось АТН, меня пригласили туда на должность спецкорреспондента. Стала ведущей информационной программы “Панорама”. В 2003-м пришла на СТВ с готовым проектом “Судьбы своей хозяйка”. Отмечу, с БТ меня не увольняли, я сделала свой выбор.
— Над какими еще проектами вы работали на телевидении?
— Я с теплотой вспоминаю работу с серьезными режиссерами и операторами Белорусского телевидения над спецпроектами. В их числе — видеофильмы “Рождество на святой земле”, “Бриллиант сокровищницы духовной”, “Под крестом Евфросиньи”, “Исповедание вечного”, “Память”.
— А случалось ли что-то необычное при подготовке программ?
— Ни одна программа не вышла ровно — обязательно появлялся какой-нибудь казус. Однажды я потеряла кассету. 60 минут постановочных видеосъемок! Героиня программы собрала всех своих родственников, сын ее специально приехал из Москвы. Ездили к ним на дачу, затем в Столбцовский район. Иду на монтаж, а кассеты нет. Был такой шок! Через пару деньков, когда убиралась в машине, под ковриком нашла пропажу. Радость была безмерная, словами не передать. Человеку, с которым делала передачу, ничего об этом не сказала. Слава Богу, все обошлось.
Что до ведения новостей, то были стрессы и покруче. Особенно когда информацию приносили за считанные секунды до начала эфира. К тому же не напечатанную, а написанную рукой главного редактора с его неразборчивым почерком...
— Чья была идея создать программу “Судьбы своей хозяйка”?
— Это совместный проект с Белорусским союзом женщин. Все задумки, организационные вопросы легли на мои плечи. Я с удовольствием смотрю передачи Оксаны Пушкиной. Одна досада: о российских женщинах мы знаем больше, чем о своих. Мне захотелось рассказывать о белорусских женщинах, поэтому решила создать подобную программу у нас.
— Чего вы хотите достичь своей программой?
— Хочу показать, что даже имея тяжелую судьбу, можно выкарабкаться из трудностей. Показываю женщин, которые, потеряв все, падали на дно и вновь всплывали, так как этого сильно хотели.
Хочу, чтобы люди верили в себя. Многие считают, что их проблемы нерешаемы. Когда смотришь на судьбы других, начинаешь сравнивать и понимаешь, что такое настоящее горе и испытание. Тем более, что все героини моих программ из разряда тех, кого испытания делают лишь более сильными. И мне очень бы хотелось, чтобы чей-либо опыт преодоления себя и обстоятельств стал примером для подражания. Хотя... как учиться на чужих ошибках и победах?
— Как выбираете гостя для следующей программы?
— С трудом. Это самое сложное в работе. Хочется, чтобы это было интересно, драматично, чтобы душевно и слезу вышибало. А потому гостья должна быть неординарной личностью, с красивой речью, интересным мировоззрением, отсутствием комплексов и умением быть откровенной. Упаси Бог, я против того, чтобы душу наизнанку выворачивали. И все же... Наши женщины очень закрыты. В нашей стране присутствует культ положительного героя. Женщины хотят говорить о себе только хорошо. Все плохое скрывают.
Одна моя героиня призналась, что в детстве украла у родителей рубль, а потом попросила эти откровения убрать из программы. Что я и сделала. Я очень люблю и уважаю всех моих героинь и с каждой из них сохраняю хорошие, приятельские отношения. Греет душу, когда в праздник беспрестанно получаю телефонограммы от моих “хозяек”. Знаю, что если попрошу их о помощи — не откажут...
— С какими трудностями вам пришлось столкнуться в жизни?
— Не только с трудностями, но и с тяжелейшими, невосполнимыми потерями. Представьте, за несколько лет — начиная с 1999 года — я похоронила бабушку, маму, свекровь, мужа, отца... Нужно ли комментировать, как это все переживается! Но очень хочется надеяться на то, что в жизни все уравновешивается. Если наваливается много несчастий — значит, счастливых моментов будет столько же.
— Волнуетесь перед камерой?
— Сейчас нет. Уже привыкла. Волнуюсь перед большой неизвестной аудиторией. Очень волновалась, когда работала на радио. Помню, надо было впервые сказать фразу: “У эфiры Мiнск, зараз 10 гадзiн 15 хвiлiн”. Я так боялась, что даже микрофон забыла включить!
— О чем мечтаете?
— Сейчас главное для меня — это дети. Хочу, чтобы они состоялись. Ведь у них такой хороший старт! Административная или руководящая работа мне неинтересна. Мне нравится то, чем я занимаюсь сейчас.
— А кто из телеведущих вам нравится?
— Познер, Ургант, Лолита...
— Как относитесь к тем, у которых присутствует дефект речи?
— Считаю, что при дефекте речи у этого человека должна быть какая-то сильная компенсация, интеллект. Нужно, чтобы зритель, слушая его, даже не задумывался о том, как этот телеведущий говорит. Важно — что говорит. В качестве примера могу привести Виталия Вульфа с его “Серебряным шаром”.
Недавно побывала в Стокгольме. Там повсеместно расклеены фотографии старых полных женских тел. Шведы считают, что женщина не может быть некрасивой, она красива всегда. А славяне — эстеты. Мы так любим красивое, возвышенное! С моей точки зрения, телевидение, кино, театр — это удел красивых людей, к которым надо тянуться как к идеалу.
— Как относитесь к телесуфлеру?
— Положительно. Он упрощает контакт зрителя и телеведущего. Но что касается личного, то бегущая строка, конечно, портит память, расслабляет. Раньше текст тоже не учили наизусть, но были такие талантливые люди, которые, несколько раз прочитав, могли рассказывать наизусть весь выпуск. К таким я не относилась. Всегда читала, подглядывала. Это было принято и вполне нормально. Сейчас с телесуфлером все проще.
— Вас узнают на улицах?
— Узнают. На рынке порой даже скидки предлагают. Говорят: “Смотрите, кто к нам пришел”. Безусловно, приятно, но нельзя расслабляться, всегда надо быть в форме, чтобы имидж сохранить. С иронией воспринимаю просьбы оставить автограф. Есть поклонники, люди, которые постоянно звонят или пишут, поздравляют с праздником. Считаю, что узнавание на улице — это не только издержки профессии, но и ее плюсы.
— Расскажите, пожалуйста, о своих детях.
— У меня их двое. Дочь Ольга, которой скоро исполнится 20 лет, окончила второй курс экономического университета. Сыну Олегу 18 лет, он студент вуза, учится по специальности “компьютерные технологии в социокультурной сфере”.
— Почему никто из ваших наследников не стал на путь телевизионщика?
— Я ненавязчиво рекомендовала им делать свой выбор. Считаю, что журналист должен, в первую очередь, уметь писать. Это или есть или этого нет. Сегодняшний журналист должен обладать суммой разносторонних знаний. Я надеюсь, дочь и сын смогут получить их в своих вузах. А уж потом, если захотят, пусть ищут свой путь в журналистике. Как часто встречаешь примеры, когда “звездные” журналисты не учились на журфаке!
— Что теряли из материального?
— Очень многое. Сколько нахожу, столько и теряю. То сережка исчезнет, то кошелек украдут. Раньше очень переживала. Теперь считаю, что все в жизни к лучшему. Сегодня потеряешь — значит, завтра обязательно найдешь. Оптимистка, словом!
— Что цените в людях?
— Ценю порядочность и серьезный подход к жизни. Чтоб было отсутствие расхождения слов и дел. Чтобы жить по совести и кодексу чести. Но все мы такие разные! И пусть каждый делает все что угодно, главное — не мешать другим.
Интервью провел Жан Содель. Фото Александра Алейника.
| 
