(Окончание. Начало в номерах за 2 и 3 октября с. г.).
После того, как Пономаренко со своими соратниками уже 24 июня 1941 года оказался в Могилеве, он опасался гнева Сталина, который мог бы обвинить его в трусости. К большой радости Пантелеймона Кондратьевича, Сталин простил своего выдвиженца. А тот решил обелить себя.
В записке секретаря ЦК КП(б) Белоруссии П.К.Пономаренко “О положении в Белоруссии”, которую потом назвали “Развитие партизанского движения”, в Центральный Комитет ВКП(б), тов. И.В.Сталину, написанной не позднее 12 июля 1941 года, говорилось:
“...Настроение белорусов исключительно патриотическое и боевое. Скот из колхозных ферм погнали, как только объявили об этом. В связи с этим не только не было инцидентов, наоборот, колхозники выделяли гонщиков, доярок — в путь следования снабдили всем.
Сейчас через Днепр и Двину прошло 350 000 голов скота. Там, где колхозники поднимают личный скот, там снимается весь колхоз и уходит. Говорят: “Трактора, лошади и скот уходят, и мы уйдем, Советская власть будет, все будет”. ...Как вывод, должен подчеркнуть —исключительное бесстрашие, стойкость и непримиримость к врагу колхозников, в отличие от некоторой части служилого люда городов, ни о чем не думающих, кроме спасения шкуры. Это объясняется в известной степени большой еврейской прослойкой в городах. Их объял животный страх перед Гитлером, и вместо борьбы —бегство”.
Со времени окончания Великой Отечественной войны прошло более 60 лет, но до сих пор остаются неясными некоторые моменты в истории Белоруссии 1941—1945 годов. Я прежде всего имею в виду официальные цифры о количестве эвакуированных жителей БССР в июне—августе 1941 года.
В последнем томе 18-томной “Беларускай энцыклапедыi” утверждается, что всего в июне—августе 1941 года в восточные районы СССР (Поволжье, Урал, Западную Сибирь и др.) выехали около 1,5 млн жителей Белоруссии.
Энциклопедия “Памяць.Рэспублiканская кнiга”, изданная в 2005 году, тоже отмечает, что в тот период было эвакуировано из БССР около 1,5 млн человек.
В действительности до сих пор проблема эвакуации населения БССР в годы Великой Отечественной войны, а особенно количество эвакуированных, остается “белым пятном”.
Прежде всего, попробуем ответить на вопрос: куда эвакуировалось население БССР в июне—августе 1941 года?
Как свидетельствуют различные источники, эвакуация проходила на территорию Российской Федерации, в Армянскую, Казахскую ССР и в республики Средней Азии — Узбекскую, Киргизскую, Таджикскую и Туркменскую.
В Национальном архиве Республики Беларусь хранятся данные об эвакуированном населении БССР в регионы Российской Федерации, отдельные данные по Армянской и Туркменской ССР, составленные эвакотделом СНК БССР в 1942 году.
Изучая их, видишь, что жители различных населенных пунктов БССР были эвакуированы в Куйбышевскую, Молотовскую, Ярославскую, Новосибирскую, Сталинградскую, Вологодскую, Горьковскую, Свердловскую, Саратовскую, Кировскую, Рязанскую, Омскую, Томскую, Иркутскую, Ивановскую, Пензенскую, Челябинскую области, Алтайский, Орджоникидзевский, Краснодарский и Красноярский края, в Мордовскую, Башкирскую, Марийскую, Татарскую, Чувашскую, Коми, Удмуртскую АССР, в Армянскую и Туркменскую ССР.
По моим подсчетам, сделанным на основании списков, хранящимся в архиве, число эвакуированных составило около 110 тысяч человек.
Кроме того, в Национальном архиве Беларуси хранится “Справка об эвакуации населения БССР”, датированная 1 июня 1942 года и подписанная председателем Совета Народных Комиссаров БССР И.Былинским. Исходя из нее получается, что из Белоруссии эвакуированы 120,1 тысяча человек.
Если к этим именным спискам добавим списки по Алтайскому краю, Коми АССР, по Марийской, Мордовской, Чувашской АССР, по Вологодской, Горьковской, Ивановской, Кировской, Рязанской, Омской областям, по Краснодарскому, Красноярскому, Орджоникидзевскому краям, по г. Горький, то общее число эвакуированных возрастет на 21 298 человек и составит 141 398 человек или округленно 141,4 тысячи человек.
К этой цифре мы добавим численность эвакуированных детей по разным спискам — 36 850 человек.
Таким образом, общая численность эвакуированных жителей БССР составила 178 250 человек.
В наше исследование не вошли данные по Казахской, Узбекской, Киргизской и Таджикской ССР.
Предположим, что в них также находилось столько же эвакуированных — 178 тысяч 250 человек и тогда общее количество составит 356,5 тысячи человек. Даже если предположить, что в этих республиках находилось в два раза больше эвакуированных, чем в России, Туркмении и Армении, то общая цифра составит около 535 тысяч человек.
Выходит, что официальные данные о количестве эвакуированных из БССР по сравнению с фактическими завышены по меньшей мере в три раза.
Чем это объяснить?
Подразумевалось, что если человек эвакуировался, значит он патриот, ненавидит врага, а если остается, то готов изменить Родине. Чем больше эвакуированных, тем больше компартия воспитала патриотов.
Сразу после Победы над германским нацизмом, особенно после речи Сталина в 1946 году, в которой он определил потери советского народа в Великой Отечественной войне в 7 млн человек, советское руководство ориентировало руководящие партийные кадры на то, чтобы они показывали меньше людских потерь, а большее количество эвакуированных, то есть выживших.
Так, в Белорусской ССР возникли две цифры, показывающие количество эвакуированных из нашей республики — сначала 1 миллион человек, а затем полтора миллиона. Эта дутая цифра, которая, к сожалению, дожила до наших дней и заняла прочное место в официальных и энциклопедических изданиях. До сих пор она остается стереотипом и воспринимается как аксиома.
Само собой разумеется, что проблема требует продолжения исследования, то есть изучения данных об эвакуированных по Казахстану, Узбекистану, Киргизстану и Таджикистану. Без этого нельзя представить точную картину о численности эвакуированных из БССР в различные регионы Советского Союза.
Без сомнения, эвакуация населения и материальных ресурсов из оккупированной территории СССР стала одновременно трагедией и подвигом советского народа. В Белоруссии было упущено время для начала организованной эвакуации населения, что привело к неоправданной гибели тысяч жителей. Руководство больше думало о спасении материальных ресурсов, секретных архивов, а потом уже о людях.
В то же время следует признать, что без этой эвакуации, в конце концов, не было бы и нашей Великой Победы над германским нацизмом.
Эмануил Иоффе, профессор БГПУ им.М.Танка, доктор исторических наук.
|
