Ее восхождение на подмостки Республиканского театра белорусской драматургии никоим образом не похоже на сказку о Золушке. Скорее ей близок образ Дон Кихота. Вероника целеустремленная и работоспособная натура. К тому же большой романтик. Еще она быстро сходится с людьми, дорожит дружбой и всегда готова помочь ближнему. Буслаева не скрывает амбиций. И можно не сомневаться: у нее все получится. Ведь она умело пользуется своим оружием — умом, актерским даром и силой воли.
— С самого детства меня влекла сцена. Но о своей мечте никому не говорила, — признается она. — Стеснялась. Увлечений у меня было много: посещала изостудию, фотокружок, училась играть на фортепиано... Но всерьез я хотела стать клоунессой, потом балериной... И наконец окончательно и бесповоротно решила стать актрисой. Дома мой выбор восприняли в штыки и всячески старались направить мою энергию в иное русло.
Когда пришло время подавать документы в вуз, я специально выбрала “транспортные коммуникации”, заранее зная, что туда мне “вход” заказан, ведь нужно было наработать “километры практики”. Маленькая хитрость сработала, и я со спокойной совестью взяла курс на университет культуры; правда, поступила не сразу.
Мама уже смирилась. Почти. Даже приходит на спектакли с моим участием. Как зритель она очень требовательна и всегда критикует мою игру. Поэтому предпочитаю не знать о ее присутствии в театре. Хотя часто прислушиваюсь к ее замечаниям...
— Вероника, кого из преподавателей считаете своим духовным наставником?
— В университете культуры нашим художественным руководителем сначала был Валерий Анисенко. У нас царил особый творческий дух: мы много работали, что-то разыгрывали, репетировали. Это была колоссальная актерская школа. Валерий Данилович не даст соврать: мы фанатично были преданы учебе и выбранному ремеслу. Без этого просто нельзя стать хорошим актером.
С благодарностью вспоминаю уроки народного артиста Беларуси Юрия Сидорова, который вел у нас актерское мастерство. Юрий Владимирович — главная встреча в моей жизни. Этот человек мне очень помог и многому научил. Он подкупал своим доверием, а это так важно для начинающего актера. Мне особенно дорог отрывок из пьесы Жана Ануя “Жаворонок” о Жанне Д’Арк. Мы работали над этой сценой вместе с Юрием Владимировичем. В тот период он был действующим актером драмтеатра имени Горького, и мы, студенты, ходили на спектакли с его участием, чтоб смотреть и учиться.
— Полагаетесь ли вы на свое чутье? В чем оно помогает вам?
— Во всем. У меня обострена интуиция. Всегда чувствую опасность. Когда в минувшем июле мы собирались на гастроли во Францию, возникло много проблем с отъездом. Но, в отличие от остальных, я совсем не волновалась. И правильно делала: через три дня все уладилось...
Нам довелось побывать на ежегодном фестивале уличных спектаклей в городе Орняк. Кроме меня, в фестивале участвовали актеры нашего театра Татьяна Мархель, Наталья Холодович и Максим Пониматченко, а возглавил труппу Валерий Анисенко.
— Так что вы скажете о французской театральной школе?
— Без сомнения, они профессионалы. Но французский театр — это прежде всего представление. Актеры просто исполняют роль, не вкладывая в образ душу. Русская школа — это эмоции и переживания, идущие от сердца. Приятно, что в Европе восхищались игрой русских актеров. По ходу мы учились у них, они — у нас...
— По натуре вы самостоятельный, волевой человек, похожи ли ваши героини на вас?
— Думаю, да. Чтобы раскрыть образ, стараюсь найти какое-то сходство в себе. Иногда бывает достаточно поверить в придуманный персонаж. Например, в пьесе “Адэль” моя героиня — самодостаточная богатая дама. В ее образе я чувствую себя комфортно. Я поверила в свою состоятельность.
— Есть мечта о звездной роли?
— Хотела бы сыграть Джульетту. Хотя сегодня я еще не могу отдать предпочтение какому-либо конкретному амплуа. Мои героини очень разные, а возрастные роли играть, сами понимаете, еще рановато. Знаете, мечтаю сыграть все! Я человек жадный!
— Ваша завышенная планка не мешает реализации творческих планов?
— Наоборот. Это стимул, который подстегивает. Некоторые актеры по нескольку раз просматривают свою работу в записи и остаются довольны. Я же предпочитаю посматривать за горизонт...
— В детстве был кумир?
— Всегда нравилась Наталья Гундарева. Она близка мне по духу. Не пропускаю фильмы с участием Энтони Хопкинса.
— Какое место в вашей жизни занимают мода, стиль?
— Свободно чувствую себя и в деловом костюме, и в джинсах, и в фантастических нарядах. Моя слабость — блошиные рынки. Мы живем с мамой в маленькой квартирке, которая уставлена разными раритетными штучками. Я не собираю их специально, все происходит само собой. Благодаря им я ощущаю себя в каком-то особенном мире тайн и событий давно минувших дней. Глядя на них, мне удается не зарастать мхом циничности и сохранять в душе наив.
Во время поездки во Францию я заглянула на блошиный рынок. Чуть было не купила военную, видавшую виды шинель. Но на ней остались следы от ранений, и стало немного жутковато. С пустыми руками я все-таки не ушла. Как увидела старый чемоданчик из искусственной кожи, обшитый грубыми нитками — поняла, что попала. Он очень гармоничен и благороден. Это последнее приобретение заняло особое место в моей коллекции. Сейчас в нем хранится подарок к свадьбе лучшей подруги...
Со временем пришла к философскому выводу: каждая вещь — это ведь отражение внутреннего мира человека, отражение современника, живущего в тот или иной период времени.
— Какую новую роль готовите?
— Скоро начну работу над ролью домовушки Жули в спектакле “Домовички”. Это сказка для детей о духовных ценностях.
НА СНИМКЕ: Вероника Буслаева в спектакле “Белы анёл с чорнымi крыламi”.
Интервью провела Белла Бачиашвили.
| 
