Левоновна на орбите

Минчанка Лидия Леонтьевна (по старому паспорту — Левоновна) Подлозная пришла в редакцию и рассказала автору этих строк:

“В девяносто шестом году приватизировала я земельный участок. Получила документ. Называется Государственный акт. В этом акте отчество мое было указано так, как в старом паспорте, — Левоновна. А не так давно вышли новые правила — надо приватизировать и дом, стоящий на участке. 24 августа я сдала документы — в БТИ на улице Харьковской (БТИ — так по привычке говорят “в народе”. Современное название организации — Минское областное агентство по государственной регистрации и земельному кадастру. — С.П.). Уплатила 118 тысяч. Работники БТИ сказали, чтобы я звонила им 26 сентября, через месяц значит. Ну ладно, мне не к спеху... 26-го начала я звонить — трубку не поднимали. Назавтра опять звонила — опять трубку не поднимали. Решила, что завтра пойду без звонка. Но вечером звонят мне сами: “У вас проблема. В Государственном акте ваше отчество — Левоновна, а по паспорту вы Леонтьевна”. Говорю: “Акт получила десять лет назад. Потом оформила новый документ, и в паспортном столе Партизанского РУВД посчитали, что “Левоновна” — неправильно”. Мне сказали: “Приезжайте, придете в кабинет N 3 — там разберутся”. Назавтра поехала я в БТИ. Заняла в кабинет N 3 очередь — была десятая. Отстояла больше часа. Зашла — говорят: “Вам надо не к нам, а в кабинет N 6”. Пошла в шестой. Очередь — пятнадцать человек. Отстояла два часа, если не больше. Вошла. “Нет, — говорят, — вам надо туда, откуда пришли, — в кабинет N 3”. Встала опять возле третьего. Очередь — такая же, как утром была... Вижу: сидит в коридоре за столиком консультант. Дай, думаю, спрошу... Консультант, хоть и молодой, а вежливый. На него я не обижаюсь. Пожалел он меня, взял документы и сам пошел с ними в третий кабинет. Потом пригласил меня зайти без очереди и вместе с другой работницей объяснил: “Надо ехать на улицу Ольшевского, дом N 8. Там исполком Минского района. Пусть председатель зачеркнет в Государственном акте “Левоновну”, а напишет “Леонтьевна”. И пусть он укажет: “Исправленному верить”, а также поставит печать”. И правда ведь — не паспорт же менять... Сказала “спасибо”, села на троллейбус и поехала в исполком, хотя был конец дня, а я с утра на ногах... Приехала на улицу Ольшевского, нашла здание, пришла в кабинет N 306, как сказали. В этом кабинете председателя не было, но там сидела девушка. Она сказала: “Вам надо сначала не к нам, а в паспортный стол Партизанского района. Он в Банном переулке. Пусть дадут справку, что вы были по паспорту Левоновна, а теперь стали Леонтьевна”.

“А был уже вечер. Сотрудница сказала: “Поздно вы. Приходите завтра в 10 утра — выпишем справку”. Назавтра прихожу. Та же женщина говорит мне: “Идите к начальнику — если разрешит выписать справку, я ее выпишу”. Начальник любезно меня принял. “Хорошо, пусть сотрудница пишет справку, я заверю”. И справку мне дали. Эти работники были молодцы, спасибо им. Поехала опять на Харьковскую — в БТИ. Думала: теперь все будет хорошо, я уже настоящая Леонтьевна. Приехала. Опять встала в очередь к кабинету N 3. Через час зашла. Там посмотрели справку. “Все равно, — говорят, — неправильно. Езжайте на Ольшевского, как мы сразу вам говорили, идите в кабинет N 306”. И опять я добралась до этого 306-го, а оттуда меня направили в кабинет N 308. Там сказали: “Нет, не наш вопрос. Вам надо в 337-й, к Анне Александровне”.

Это же сколько витков уже накрутила на этой орбите наша Левоновна? Полет нормальный?

“И прихожу я к кабинету N 337. Очередь пятнадцать человек. Попросила людей: “Разрешите я зайду — только спрошу, стоит ли стоять?” Люди разрешили. Захожу. Анна Александровна разговаривала с посетителем. “Вы почему вошли?” — спрашивает. “Я только спросить”. — “Выйдите и встаньте в очередь”. Вышла. Встала. Отстояла два часа. Анна Александровна глянула в бумаги: “Ничем помочь не могу. Идите обратно в 308-й”. Пошла обратно. А в нем уже сидела не та сотрудница, которая перед этим была, а молодая. Я поздоровалась, она не ответила. Прошу: “Посмотрите документы...” “Какие документы?” — “Отчество надо исправить...” — “Кто вам будет исправлять?” — “Не знаю кто. Вы посмотрите документы...” — “Я не обязана смотреть ваши документы. Положите на стол. Придете через две недели”. — “А председатель у себя?” — “Нет его”. И положила я документы на стол... Две недели заканчиваются 18 октября. Пойду... Но у меня такое чувство, что я еще долго буду ходить по кабинетам...”

Ну и как вам пьеска? Комедия абсурда, не правда ли?

Много разговоров об “одном окне”. Но как трудно бывает простому человеку найти его, это прекрасное “одно окно”...