Московский театр документальной пьесы “Театр.doc” был создан в 2002 году несколькими российскими драматургами. Он располагается в Трехпрудном переулке: поворот во двор, лесенка вниз, крохотный ободранный подвальчик, в который с трудом втиснуты несколько десятков стульев.
В основе каждого нового спектакля театра — подлинная речь наших современников: интервью с политтехнологами, бомжами, фанатами, подсобными рабочими, заключенными... Драматург и сценарист Елена Гремина, руководитель и главный вдохновитель “Театра.doc”, является соучредителем фестиваля “Новая драма”, который представляет широкой публике, среди прочих, и документальные спектакли.
Техника Verbatim официально пришла к нам из Англии, но сами британцы говорят, что не являются изобретателями жанра, и Verbatim пришел к ним из Америки, куда в первой четверти прошлого века был принесен из... России. Театральные критики в этой связи вспоминают российский революционный театр 20-х годов. Слово “verbatim” — латинского происхождения, переводится как “дословно”. Суть жанра в том, что драматург ищет сюжеты не в полетах своего воображения и фантазии. Он ходит по улицам с диктофоном, берет интервью... Из того, что находит, может получиться история жизни шахтера, а может — расследование обстоятельств громкого преступления.
Классический театр подчинен воле режиссера и драматурга. Но Verbatim оставляет и драматурга, и режиссера далеко за кулисами: до пятидесяти процентов текста может меняться от спектакля к спектаклю. Со сцены звучит реальная, живая речь персонажей — с оговорками, речевыми ошибками, паузами. Практикуется “глубокое интервью” артиста — актер погружается в обстоятельства жизни героя и как бы дает от его имени интервью, отвечает на вопросы зала и т.д. И, главное, техника Verbatim отменяет многие условности, принятые в привычном театре. Авторов пьес в этом жанре мало интересуют высокие материи, они предпочитают вводить в пространство театра униженных и оскорбленных, низы общества. В постановке разрешается все (!), кроме громоздких декораций. Создатели такого театра считают, что прокладывают мост от сцены к обыденной жизни. И они правы. По-своему, конечно.
КОММЕНТАРИЙ СПЕЦИАЛИСТА
Андрей КАРЕЛИН, драматург, журналист, педагог:
— В июне 2004 года на Фестивале молодых драматургов Европы в Висбадене (ФРГ. — Прим. авт.) я познакомился с одним из участников московского проекта “Театр.doc” Александром Родионовым. От него и узнал о технике Verbatim. Потом со своими студентами-драматургами из БГУ культуры и искусств провел небольшой эксперимент: они получили задание перевоплотиться в журналистов, внедрившись в разные социальные слои, и на основе собранного материала написать пьесы. Например, одна девушка затесалась в “Клуб анонимных алкоголиков”, другая брала интервью у преступника. По окончании задания я сделал для себя вывод, что Verbatim может стать довольно-таки подлой штукой. Работа с диктофоном должна учитывать определенные моральные нормы. Но в наше время мало кто будет спрашивать разрешения использовать запись приватной беседы в своем творчестве. Сейчас модно изображать в пьесах патологические явления общества, использовать нецензурную лексику, показывать откровенные сцены — мол, “такая у нас жизнь”. Существует два вида драматургов: документалисты, которые просто фиксируют реальность, и те, кто создает новый мир. Думаю, задача истинного художника не просто показывать жизнь такой, какая она есть, а через свое видение изменять ее в лучшую сторону. Возможно, в будущем документальный театр выйдет из подполья и станет чудесным искусством, как однажды уже случилось с документальным кино. Сегодня такой театр никому не угрожает, никому не мешает. Просто живет...
Наталья Андреенкова, Дмитрий Зорич.
|
