Зинаиде Семеновне Тычине, известной белорусской актрисе, 14 ноября исполняется 90 лет. Накануне круглой даты мы навестили эту добрую и сердечную женщину. Она радостно отреагировала на наш приход, показала государственные награды, дипломы, афиши спектаклей с ее именем как артистки или режиссера. Хорошо поставленным голосом профессиональной актрисы, не потерявшей оптимизма, обаяния, она поведала о времени и о себе, о муже — известном советском художнике.
— Мечтала стать актрисой, быть режиссером — так и получилось, — рассказывает Зинаида Семеновна. — В 1937—1938 годах училась на актерском факультете Белгоскино, снялась в фильме “Дочь Родины” режиссера Корш-Саблина. Затем поступила в театральное училище, которое было расположено в здании оперного театра. Меня приглашали быть ведущей в этом театре на различных представлениях.
Незадолго до начала войны, 26 мая 1941 года, наш четвертый курс играл дипломные спектакли “Дети Ванюшина” и “Хозяйка гостиницы”. Режиссером-постановщиком был Евстигней Мирович...
— Как вы познакомились с Анатолием Тычиной, что у вас с ним было общего?
— Моя мама, коренная минчанка, в то время помогала по хозяйству жене Ивана Луцевича, то есть Янки Купалы, — своей тете Ядвиге Францевне, которая часто брала меня к себе домой. А Анатолий Николаевич дружил с Купалой. Тычина оформил книгу Купалы с поэмой “Над ракой Арэсай”. Познакомились мы с Анатолием в школе, где он преподавал рисование. Стали встречаться, когда мне было 17 лет. Моей маме это не нравилось, она считала, что мне нужно учиться. Однако мы с Анатолием поженились, и в 1936 году у нас родилась дочь Алла. Война разлучила нас на долгие четыре года, и мы не знали ничего о судьбе друг друга...
— Как сложилась судьба Анатолия Николаевича?
— Он остался в Минске. Когда начали бомбить город — а бомбы падали рядом с домом Тычины, так как дом этот находился в районе между вокзалом и аэродромом, — стали упрашивать Анатолия идти поскорее в музей. Он пошел, и я ему успела сказать, что мы с дочкой временно будем на Бело-Церковной улице (ныне Киселева) у моей подруги. Сейчас-то я знаю: его просили помочь прятать ценные памятники белорусского искусства... Оккупация стала для Анатолия испытанием. В их дом часто приходили партизаны. Он даже получил официальную благодарность за то, что прятал разведчиков...
— Где вы находились во время войны?
— Эвакуация на восток была нелегкой... Оказалась я в Чувашии. Театр в Чебоксарах, куда устроилась на работу, в скором времени перестал существовать: труппа состояла в основном из поволжских немцев, а их куда-то увозили.... Каждый день мы кого-нибудь недосчитывались на работе, и в результате театр был расформирован. Меня приняли в группу актеров, обслуживающую красноармейские подразделения, и мы выступали перед бойцами с концертами. Читала патриотические и лирические стихи, многие из них помню и сейчас. Работала в Театре юного зрителя, руководила самодеятельностью в гарнизонном Доме офицеров...
— Как потом складывалась ваша жизнь?
— В 1945—1946 годах я работала в Белгосфилармонии — участвовала в многочисленных программах театра “Водевиль”. А потом, как бы это сказать, я занялась художественной самодеятельностью. Работала в городских парках, организовывала фестивали, конкурсы, выставки. Последнее место моей работы — Дворец культуры Минского камвольного комбината, где я руководила детским драматическим коллективом.
— Знаем, что когда-то открылся музей известного художника-графика Анатолия Тычины в Литве. Существует ли он сейчас?
— Литовские художники очень серьезно относились к творчеству моего мужа, отмечали его высокий профессионализм. Он одним из первых советских авторов освоил малые графические формы — экслибрис, иллюстрацию и другие. Его называли “профессором”. Открыли же музей в 1993 году в Шяуляйском районе в доме, где родился Анатолий Тычина. На доме была памятная доска. В Литве его помнят и чтут, об этом свидетельствуют поздравления и переписка с сотрудниками дома-музея, подарки от них. А что сейчас с музеем — мне неизвестно...
— Где теперь хранятся произведения Анатолия Тычины?
— В музее города Омска, где он учился в 1920-х годах, есть ранние работы, а также авторские листы 1950—1980-х годов. Национальному художественному музею Беларуси переданы лучшие графические листы и станковые гравюры, экслибрисы, книги, очерки, доски линогравюр... Есть подборка и в нашей Национальной библиотеке. Два произведения приобрела Третьяковская галерея...
Муж меня во всем поддерживал. Мы уважали друг друга. Ему очень нравилось, что я занимаюсь нужным для культуры делом.
Интервью провели Валентина Баслык, Людмила Наливайко. Фото Валерия Харченко.
| 
