Сегодня наш рассказ — о последнем наркоме и первом министре МВД республики, генерал-полковнике Сергее Саввиче Бельченко. Этот человек прошел долгий трудовой путь: от батрака до заместителя председателя КГБ при Совете Министров СССР.
Он был инструктором политотдела Главного управления пограничных и внутренних войск НКВД СССР, начальником Западного штаба партизанского движения, начальником Калининского штаба партизанского движения, первым заместителем начальника Центрального штаба партизанского движения, начальником Специального отдела МВД СССР, начальником пограничных войск Ленинградского военного округа, начальником управления КГБ по Ленинграду и Ленинградской области. Генерал Бельченко прожил без малого 100 лет (без девяти месяцев). Из них почти 14 лет связаны с нашей республикой. Именно здесь Сергей Саввич на протяжении почти 10 лет (1943—1953) был последним народным комиссаром внутренних дел и первым министром МВД БССР.
Мы остановимся на белорусском периоде жизни и деятельности Бельченко. Автором этих строк использованы разнообразные источники, в том числе фонды Национального архива Беларуси и документы из “Особой папки” И.В.Сталина, хранящиеся в Государственном архиве Российской Федерации.
...До осени 1939 года Сергей Бельченко служил в Политуправлении пограничных войск НКВД СССР в Москве. Он принял участие в походе Красной Армии в западные области Белоруссии. После их освобождения создали Управление НКВД по Белостокской области. Начальником назначили П.А.Гладкова, а заместителем — С.С.Бельченко. Вскоре его назначают начальником Управления НКВД по Белостокской области, а в начале 1941 года после раздела НКВД СССР на два наркомата — внутренних дел и государственной безопасности — он возглавил здесь же Управление НКГБ. На этой должности и застала Сергея Саввича Великая Отечественная война.
На его плечи легла тяжесть организации борьбы с немецкими агрессорами в исключительно сложных условиях первых военных дней. К сожалению, до сих пор ни в одном учебном пособии по истории Белоруссии не отмечено, что первые две диверсионно-разведывательные группы для отпора врагу были сформированы 22 июня 1941 года по инициативе начальника Управления НКГБ по Белостокской области С.С.Бельченко.
После того, как наши войска оставили Белосток, Бельченко принял участие в коротком, но ожесточенном бою в качестве старшего оперативного начальника в составе сборной группы пограничников по ликвидации десанта, выброшенного немцами северо-западнее города Зельва. В ходе боя были уничтожены около 50 десантников.
25 июня по приказу первого секретаря ЦК Компартии Белоруссии П.К.Пономаренко майор госбезопасности С.С.Бельченко явился на заседание Военного совета Западного фронта в Могилев. Здесь он получил назначение на должность заместителя начальника отдела контрразведки Западного фронта. На этой должности Бельченко находился до 30 мая 1942 года.
Надо сказать, германская разведка работала очень активно, и в нашей прифронтовой полосе было достаточно ее агентов и даже действовали целые агентурные группы. Их вербовали из пленных бойцов и командиров Красной Армии. В первый период войны из окружения выходило много красноармейцев, и военным контрразведчикам приходилось заниматься фильтрационной работой, выискивая агентуру противника. Среди завербованных встречалось и немало офицеров.
Некоторое представление о деятельности майора госбезопасности Бельченко на посту заместителя начальника отдела контрразведки Особого отдела Западного фронта дает докладная записка Особого отдела НКВД Западного фронта N 70991 СЧ командующему фронтом Г.К.Жукову и члену Военного совета фронта Н.А.Булганину “О работе Особого отдела за период с 22 июня по 28 декабря 1941 г.” от 30 декабря 1941 года.
В этом совершенно секретном документе, в частности, говорится:
“Особым отделом НКВД Западного фронта с начала войны по 28 декабря арестовано и разоблачено 505 агентов немецкой разведки. Из них: завербованных до войны — 4, переброшенных через фронт из числа военнопленных — 380, жителей временно занятых противником районов — 76, жителей прифронтовой полосы — 42, агентуры, внедренной в штабы войсковых соединений, — 2.
...Из приведенных следственных дел видно, что немецкая разведка в условиях военной обстановки делает упор на массовую вербовку, особенно из числа военнопленных и добровольно перешедших на сторону врага.
Германская разведка особенно интересуется “московским направлением”, куда забрасывается основная масса завербованной агентуры...”.
У читателя может возникнуть вопрос: “Всегда ли “особисты” действовали правильно, добросовестно?”
Вот как ответил на этот вопрос сам С.С.Бельченко: “Приходится констатировать, что иногда бывали и перегибы в отношении вышедших из плена у оперативных работников. Из-за некомпетентности и даже малограмотности, стремления быстро заработать награды некоторые сотрудники отдела злоупотребляли своей властью. Но со всей ответственностью хочу сказать, что мной подобные случаи пресекались, а виновные наказывались”.
Сергею Саввичу неоднократно приходилось выполнять особые поручения командующего войсками Западного фронта Г.К.Жукова. Бельченко принял активное участие в обороне Москвы. В разгроме немцев под Москвой есть и скромный вклад майора госбезопасности Бельченко. Это отметил в своей книге “Воспоминания и размышления” Маршал Советского Союза Г.К.Жуков, который 26 декабря 1941 года наградил и лично вручил Бельченко первую боевую награду военного времени — орден Красного Знамени.
Вот как вспоминал этот эпизод генерал-полковник Бельченко:
“А узнал я о своем награждении от самого Георгия Константиновича. Он меня вызвал и поинтересовался, читаю ли я фронтовые газеты. Я ответил, что если есть время, то, конечно, читаю. “Ну, значит, вы слишком занятой человек, коль не соизволили прочитать даже о своем награждении”, — засмеялся командующий. Тут же достал орден, пожал мне руку и вручил его. Сказать честно, я был несколько ошеломлен”.
Вскоре С.С.Бельченко назначают заместителем начальника Особого отдела Западного фронта. А начальником этого отдела в то время был Л.Ф.Цанава. Одновременно Сергей Саввич исполнял обязанности помощника начальника охраны тыла Западного фронта.
...Наивысшего подъема партизанская борьба в тылу врага достигла в конце 43-го. К этому времени Бельченко уже более полугода являлся заместителем начальника Центрального штаба партизанского движения при Ставке ВГК. Начальник ЦШПД генерал-лейтенант П.К.Пономаренко возложил на него главным образом ведение разведки и контрразведки в интересах фронтов. У партизан повсеместно были свои глаза и уши.
Сергей Саввич принимал непосредственное участие в планировании и проведении крупных боевых операций партизан на оккупированной территории Советского Союза, в том числе белорусских партизан. Одной из них была операция “Рельсовая война”, проведенная 3 августа — 15 сентября 1943 года на оккупированной территории России, Белоруссии и части Украины. В ходе операции подорвано около 215 тысяч рельсов, много эшелонов (только белорусскими партизанами 836 эшелонов и три бронепоезда), взорваны мосты и станционные сооружения.
После освобождения Гомеля С.С.Бельченко становится народным комиссаром внутренних дел БССР. В то время аппарат НКВД республики и особенно милиция на 90 процентов были укомплектованы бывшими партизанами. Все они сразу включились в практическую деятельность.
А обстановка в освобожденной части Белоруссии была исключительно тревожной. Дело в том, что германское командование и его спецслужбы, предвидя неизбежное отступление, создали диверсионно-террористические формирования из числа полицейских, участников лжепартизанских и карательных отрядов, из немцев-колонистов, проживавших ранее на территории СССР и служивших потом в германской армии, националистов всех мастей, уголовно-преступных элементов, чиновников администрации, верно служивших оккупантам. Личный состав этих формирований был хорошо обучен и вооружен. В лесах имелись достаточные запасы запрятанного оружия, боеприпасов, радиостанций, продовольствия и всего другого, необходимого для совершения диверсионно-террористической деятельности в тылу Красной Армии на территории БССР. К этим отрядам позже присоединились и немцы, оказавшиеся в окружении и не сумевшие выбраться из него, но в плен не сдавшиеся.
Мало кому известно, что после разгрома в ходе операции “Багратион” витебской, бобруйской и минской группировок противника, оказавшихся в окружении, в лесах большими и малыми группами, по неполным данным, скрывались около 30 тысяч гитлеровцев, стремившихся прорваться к своим.
Перед НКВД и оперативным составом НКГБ, пограничными и внутренними войсками, партизанскими формированиями, а также тыловыми частями Красной Армии стояла задача брать противника в плен, а при сопротивлении ликвидировать. В течение незначительного времени с потерями для обеих сторон эта задача была успешно выполнена.
Много тревог наркомату внутренних дел БССР принесли налеты немецкой авиации на Минск и Молодечно... через 18—20 дней после освобождения белорусской столицы.
В “Особой папке” И.В.Сталина под грифом “Совершенно секретно” хранятся два сообщения наркома внутренних дел БССР С.С.Бельченко наркому внутренних дел СССР Л.П.Берии, датированные 21 и 23 июля 1944 года. Они раскрывают две неизвестные страницы истории Минска и истории Великой Отечественной войны на территории Беларуси. Вы не найдете этих фактов в учебниках.
Первое из сообщений посвящено налету вражеской авиации на Минск в ночь с 20 на 21 июля. В нем есть такие строки:
“Доношу: в ночь с 20 на 21 июля с.г. с 1.15 до 2.30, по предварительным данным, до 120 самолетов группами в 15—20 самолетов бомбили г. Минск. Сброшено около 50 осветительных ракет, 500 зажигательных и 200 фугасных авиабомб весом по 50—100 килограммов. На железнодорожное полотно сброшено 2 бомбы по 1000 килограммов. Разрушено 140 метров ж.д. пути, и пожаром были выведены из строя около 1000 метров ж.д. полотна. Сгорело 3 вагона боеприпасов, 10 вагонов с дизельным топливом, 38 разных вагонов.
В районе ж.д. узла разрушено и сгорело около 30 домов, в том числе здание Областного Управления НКВД. Убито 15 человек, тяжело ранено 30, легко ранено 28 человек. В частях ПВО убито 3 и ранено 13 человек.
Результаты боя: ночной истребительной авиацией совершено 6 вылетов, в воздушном бою сбито 3 самолета. Наших потерь нет.
Движение поездов задержано на 10 часов. В 14 часов жел. дорога обещает пустить поезда по всем направлениям”.
После этого налета руководство НКВД и НКГБ БССР совместно с военным командованием предприняли определенные меры по укреплению ПВО, и второй воздушный налет врага не был таким разрушительным, как первый.
Вот что говорилось во втором сообщении наркома внутренних дел БССР С.С.Бельченко:
“В ночь с 22 на 23 июля с 1 часа 45 минут до 2 часов 50 минут на г.Минск противником был совершен массированный налет численностью до 120 самолетов.
Задымлением основных объектов города, активностью зенитной артиллерии и созданием ложных очагов пожаров противник был дезориентирован и, по предварительным данным, серьезного ущерба городу не нанес.
Вражеские самолеты сбросили 21 фугасную авиабомбу весом 50—250 килограммов. Разрушено 3 дома, в том числе общежитие взводной роты МПВО, жилдом и подсобное помещение НКГБ, а также одно деревоземляное убежище.
Убито 4 человека, в том числе один работник НКГБ и один милиционер. Ранено 12 человек, из коих 4 милиционера.
За городом в результате бомбардировки возник один очаг пожара.
Средствами зенитной артиллерии сбито 2 самолета противника.
Одновременно противник произвел налет на станцию Молодечно”.
(Окончание следует).
НА СНИМКЕ: заместитель начальника особого отдела Западного фронта С.Бельченко (слева). 1941 год.
Эмануил Иоффе, профессор БГПУ им. М. Танка, доктор исторических наук.
| 
