“Каля Чырвонага касцёла”

Длинные ленты-вуали, ниспадающие до земли почти от самых башен храма, разноцветные флажки по периметру святыни, сотни красных шариков-сердец в руках детей и взрослых, одетые в костюмы прошлых веков студенты Университета культуры... Еще на подходе к святыне был слышен звон ее колоколов, а на самой площади собрались несколько тысяч минчан и гостей столицы, желающих принять участие в необычной, торжественной и одновременно траурной литургии. Ранним воскресным утром того дня в Минск прибыл из Польши катафалк с останками тела Эдварда Войниловича. Необычное торжество началось процессией от гостиницы “Минск” к костелу святых Симеона и Елены.

Как капельки кровавых слез, которыми плачут людские сердца, как символическое обращение к Небесам с просьбой о прощении грехов всего человечества в небо устремились алые сердечки-шары. Вслед за ними в бездонную голубизну взлетели, а потом некоторое время парили над святыней голуби — символ бессмертных человеческих душ.

Четыре часа пролетели, словно одно мгновение; необычную мессу сопровождало величественное и очень красивое пение участников хора “Голос души”, а также и других хоров костела.

“Так хотел Бог” — многие ли из нас могут, не кривя душой, принять эту фразу как путеводную нить всей своей жизни. А в минуты тяжелейших невосполнимых утрат и страшнейших жизненных испытаний?.. Всегда ли мы смиренно и безропотно принимаем волю Господа. Без сомнения, далеко не все и не всегда, ища оправдание в слабости человеческой натуры. Основатель и меценат строительства костела святых Симеона и Елены — один из них. В “Вечерке” уже коротко рассказывалось об Эдварде Войниловиче. Беспощадная и коварная “испанка” укрыла своим страшным черным крылом налаженный быт его семьи, оставив в сердцах незаживающие и постоянно кровоточащие раны. После безвременной смерти малолетнего сына и не дожившей всего день до своего 19-летия дочери, все свои сбережения — а был он, представитель древнейшего рода, человеком богатым — Войнилович вложил в строительство храма. После революции, в 1920 году, Эдварду пришлось спешно эмигрировать в польский город Быдгощ, где он и умер спустя 8 лет. Но и там, вдали от Родины, Эдвард проявил все величие своей благородной души. Для детей-сирот он построил многоэтажный дом, в котором обездоленные обрели не только пищу и кров над головой, но и смогли почувствовать настоящую отцовскую любовь.

Корни рода Войниловичей уходят в глубину столетий и насчитывают более четырехсот лет своей родословной истории. Ветви генеалогического дерева Эдварда Войниловича идут рядом со знаменитым родом Радзивиллов. Об авторитете Эдварда в глазах своего известного богача-соседа свидетельствует хотя бы такой факт. Уезжая на долгие полтора года для лечения “на воды”, Радзивилл оставил своих детей семье Эдварда и Олимпии, доверив им их воспитание и образование. Также он доверил Войниловичу город Несвиж и управление всем своим родовым поместьем. Сохраняя глубокие христианские традиции предков, род Войниловичей, как пишет в своих воспоминаниях Эдвард, не пришел ни с Востока, ни с Запада, а с того народа, что родную землю белорусскую сохой пахал.

В самом начале прадеды Войниловичей были православными, затем по воле Божьей приняли униатство, а позже многие из них стали искренними католиками. Вот такое духовно-религиозное переплетение древнего рода Войниловичей на нашей земле, которое красноречиво отображает весь характер поликонфессиональности всей Беларуси. Представители этого зажиточного рода строили не только костелы, но и церкви, синагоги, содействовали появлению мечетей. В своих воспоминаниях Эдвард пишет: “Пусть верующие люди разных конфессий, каждый в своей святыне на земле, славят единого Бога в Небесах”. Для Войниловичей каждый крещеный человек был по духу и вере братом во Христе — как католик, так и православный. А люди некрещеные или других вероисповеданий являлись братьями по крови. Здесь род Войниловичей выступает узором единства и взаимотерпимости всех христиан Беларуси, которым и следует именно такими и быть. Ни к чему межконфессиональная неприязнь и разобщенность: Бог есть Любовь и любит Он абсолютно всех людей. Например, недалеко от Клецка Войниловичи построили как католический костел, так и православную церковь, а в самом городе — синагогу.

Эдвард Войнилович родился 13 октября 1847 года в Слепянке — ныне это один из микрорайонов столицы. В 1861 году он с медалью окончил Слуцкую гимназию — одну из самых престижных на то время, а в 1869-м — Петербургский Императорский технологический институт, где учился химии у самого Дмитрия Менделеева. В последующие годы Эдвард работал в Берлине, учился в Италии и в сельхозакадемии в Польше. Об Эдварде Войниловиче знают и помнят не только в местах, где он жил и работал, но и далеко за пределами Беларуси: в России, Литве, Польше и Украине. По воле Божьего провидения на протяжении всей своей жизни он находился между богатыми людьми Петербургского и Варшавского дворов с одной стороны и средним классом крестьян с другой. Его искренняя открытость к ближнему, высокая моральность и духовная чистота как будто магнитом притягивали людей разных сословий и представителей разных конфессий. В 1883 году Эдвард Войнилович получил назначение на пост мирового судьи, более 35 лет он являлся почетным судьей Слуцкого уезда. Трижды выбирался Сеймом в Государственную Думу России в Санкт-Петербурге. Наш земляк регулярно бывал в Царском Селе как на высоких приемах по приглашению самого царя, так и на собраниях и совещаниях высших чиновников и политиков России, где также представлял дела Западных районов державы. Эдвард Войнилович зарекомендовал себя образованным и практичным политиком, тактиком и дипломатом высокого уровня. Он был лично знаком и дружил с Петром Столыпиным, много и плодотворно сотрудничал с ним в области аграрной реформы России. Как сообщают исторические источники и документы, Столыпин после согласования с министрами и царем сам лично предложил Эдварду Войниловичу пост вице-министра, а позже и министра сельского хозяйства всей территории царской России от Владивостока до Варшавы.

Долгое время Эдвард Войнилович возглавлял Товарищество благотворительности в Слуцке, где с его помощью была открыта средняя торговая школа. В 1900 году он был избран почетным членом сельскохозяйственного Товарищества и обосновал фонд в 7000 рублей для стипендиатов. В Клецке Войнилович организовал и создал банк помощи крестьянам, многократно оказывал финансовую помощь трудолюбивым людям, помогая им “встать на ноги”. За свою столь многогранную и плодотворную деятельность Эдвард награждался многими орденами, ему присваивались различные почетные звания.

Вот таким великим Человеком и яркой Личностью был наш соотечественник Эдвард Войнилович. И то, что о его светлом имени после стольких лет забвения вновь заговорили с теплотой, благодарностью и уважением, вовсе не случайно. Слава Богу, остались в прошлом черные годы атеизма, а вопросы религии, как это и положено в цивилизованном государстве, стали решаться в Беларуси на самых высоких уровнях. Ведь очевидно, что только благодаря самому непосредственному участию МИДа нашей республики, городских властей, представителей Мингорисполкома и консульств прах Эдварда Войниловича спустя почти восемь десятилетий был захоронен на Родине, в крипте костела, когда-то им построенного.