Они играли песню по ролям на сцене минского клуба в окружении чемоданов. Ослепительно-неповторимые музыканты в головных уборах от классического цилиндра до шляпы “а-ля герой из сказок Андерсена”, а в центре — худенькая девушка, похожая на повзрослевшую дюймовочку, которая бросила мужа-эльфа и устроилась в кабаре...
Вам интересно? Тогда знакомьтесь: группа “Серебряная свадьба”. Узнайте, что они думают о себе, своей музыке в частности и о мире в целом. На мои вопросы отвечает Света, та самая Дюймовочка из кабаре.
— Какого цвета ваша музыка?
Света Бень (С): — Разноцветная и пестрая. Она состоит из очень ярких, кардинальных цветов. Никаких полутонов, размытостей и пастельных оттенков.
— Откуда такое название и почему именно такое?
С:— Нас вдохновила очень трогательная, прекрасная, но одновременно злая песня “Серебряная свадьба”, написанная одной малоизвестной французской певицей — Сюзанной д’Аржан, которая жила в начале прошлого века.
— Вы играете инди-рок?
С: — Мы сами определяем свою музыку как фрик-шансон, стиль — фрик-кабаре-бенд. От кабаре в ней — сочетание театра, музыки, актерского мастерства, номеров, трюков, кукол и всего, что только возможно. А “фрик” — это что-то дурашливое, чудаковатое, эксцентричное. Все, что естественно и эмоционально, близко людям всегда.
— Есть ли у вас в группе лидер?
С: — Лидерство плавно распределяется на всех. Кто-то очень хорошо организовывает, кто-то самый ответственный, кто-то фонтанирует музыкальными идеями. Каждый по-своему важен.
— А о чем ты мечтала, учась в школе?
С: — Я хотела стать космонавтом. Думаю, что неуклонно двигаюсь к этой цели. И достигну ее... обязательно!
— Планы группы на ближайший месяц? Где вас можно послушать и увидеть?
С: — Мы сейчас готовим большой концерт. Вероятнее всего, он будет проходить в ДК Дзержинского в середине или в конце мая. Мы так же записываем радиоверсии наших песен, чтобы сделать макси-сингл. А еще усиленно работаем над сайтом и над тем, чтобы подчистить стилистику группы и визуально ее как-то оформить.
— А почему поете на французском языке?
С: — На это есть две причины. Во-первых, у меня французские корни, а во-вторых, этот язык очень эмоциональный, чувственный и очень обаятельный, на мой взгляд. В нем много эдакого придыхания, как в разговоре влюбленной парочки, такой конкретной романтики.
— А ты поешь только, когда на сцене чемоданы?
С: — Чемоданы — это друзья души. У меня вообще нету дома и будет ли, неизвестно. Поэтому все, что у меня есть, “проживает” в чемоданах, перевозится с квартиры на квартиру. Знаешь, иногда мне кажется, что чемоданы — это маленький мир, который открыл — и вот ты уже в новом измерении.
— Когда чаще всего приходит вдохновение: когда тебе плохо или хорошо?
С: — В одинаковой степени. Это какой-то дурацкий миф, что поэт должен писать, только когда ему плохо. Писать надо, когда хочется.
— А есть какой-то жизненный принцип, который ты всегда соблюдаешь?
С: — Нет. Все очень быстро меняется. Как только начинаешь принимать что-то всерьез и считать, что так оно и есть, делаешь выводы, всякие жизненные принципы сразу перестают работать. Мир подвижен, гибок и изменчив, и это очень увлекательно.
“Какого цвета творчество? — подумала я и сама ответила на свой вопрос: — Желтого”. Именно такого цвета свечение, которое исходит от талантливых людей и воспринимается на подсознательном уровне. Их невозможно не увидеть или не услышать. Находясь рядом с ними, сложно быть сонным и безразличным. Вы со мной не согласны? Значит, вы никогда не бывали на “Серебряной свадьбе”...
Ксения Федоронок.
| 
