Большой стеклянный шкаф в квартире полковника Юрия Цыкала сразу привлекает к себе внимание гостей. На его полках выстроены сотни моделей автомобилей, по которым можно проследить развитие целой индустрии на колесах. Рядом с “ауди”, “трабантами” мирно соседствует техника военной поры, львиную долю которой составляют собранные руками офицера танки (около 100 экземпляров, и ни один не повторяется!). Военная коллекция — его особая гордость. О ней он может рассказывать часами.
— Юрий Николаевич, увидев такой “волшебный” шкаф, нелегко удержаться от восхищения...
— Помню, купив, будучи еще мальчишкой, в Москве свою первую модель — автомобиль “Мелькус-Вартбург” немецкого производства, я был несказанно счастлив. Потом отец одноклассника привез мне из Чехословакии три грузовые пластиковые “татры”. Во время учебы в военном училище друзья, побывавшие на стажировке в Грузии, купили там модель знаменитого автомобиля 1930-х годов “Паккард”, которую производила тбилисская фирма “Сихарули”. Если говорить о моей военной серии, то она началась с модели пусковой установки “Пион” для ракеты “Марс” производства ГДР.
Вскоре я понял, что увлекся коллекционированием моделей всерьез.
— Но почему не значков, монет?..
— Их я тоже собирал. Но за красивую модель мог отдать и значки, и монеты. С моделями же расставался, лишь имея вторые экземпляры. В итоге собрал довольно неплохую коллекцию машин. Во время службы в Каунасе мне даже предлагали за нее новенький спортивный мотоцикл, который подогнали к окнам моего дома. Но я на обмен не согласился.
— На самом почетном месте в вашей коллекции военная техника.
— Поначалу я собирал и корабли, и самолеты... Но очень скоро понял: объять необъятное невозможно. И решил ограничиться лишь сухопутной техникой. В первую очередь, военной поры. Теперь у меня около двухсот таких моделей.
Своеобразным толчком к созданию военной коллекции стала моя служба в Беларуси, где живет много ветеранов-фронтовиков. Встречаясь с ними, узнавая подробности далеких боев, я все больше проникался уважением к этим людям, военной технике, благодаря которой они громили врага.
Первыми из собранных мной серий стали танки КВ и ИС. Очень ценная для меня модель — КВ-220. Этот танк еще называли “русский тигр”, а также “объект 220”. Он так и не пошел в серийное производство. В годы войны были выпущены всего две такие машины. “Русские тигры” упоминаются в современных энциклопедиях военной техники, но в книгах ничего не сказано об их судьбе. Работая над моделью КВ-220, я пытался прояснить судьбу этих танков и узнал, что они сгорели в боях с врагом на подступах к Ленинграду.
Посмотрите, какой красавец! (Юрий Николаевич, хитро прищурившись, подвинул ко мне раскрашенную в песочного цвета камуфляж боевую машину со свастикой на борту).
— “Немец”?
— Нет, это тоже наш КВ. Немцы с уважением относились к этому танку и, если захватывали его, нередко ставили на боевую машину свою пушку и характерную командирскую башенку, перекрашивали, после чего “переодетый” КВ вручался лучшим экипажам вермахта. Вообще немцы тяготели к тяжелым танкам. Немецкие же союзники охотно воевали на захваченных в боях советских средних танках Т-34. А наши танкисты нередко громили врага на его знаменитых “Пантерах”.
— Юрий Николаевич, глядя на ваши модели, создается впечатление, что у вас налажен целый заводской конвейер.
— Есть специалисты, которые изготавливают каждую деталь для своей будущей модели вручную. Бывает, на ее создание уходят годы, а стоимость такой модели достигает тысяч долларов. С ручной моделью не сравнится ни одна заводская! К сожалению, в моей коллекции “ручников” нет. Я собираю модели из уже готовых деталей, но это тоже кропотливый труд. К примеру, модель танка КВ-2 состоит из 159 деталей, а вот эта забавная, на первый взгляд, 37-миллиметровая зенитная установка 61-К — из 66 мелких частей-прутиков. Собирал я ее при помощи пинцета, но без увеличительной линзы, чем сильно посадил зрение. Кстати, таких зенитных установок у меня две. Вторая — установленная на базе автомобиля ЗИС-42 — довольно редкая. Она воевала на Волховском и Ленинградском фронтах.
Работа над моделями — хорошая возможность изучать технику. У меня был случай, когда, собирая модель автомобиля “Урал-375” большого масштаба, мне не удавалось вставить в машину коробку передач — мешала балка. Пришлось сходить в автопарк, залезть под настоящий “Урал” и посмотреть, как там расположена коробка передач. Только после этого я собрал модель.
— Наверное, есть у вас и свои секреты?
— Конечно! К примеру, зубчатое колесико для заводки наручных часов можно использовать для рифления бортов боевых машин. Наиболее сложен в изготовлении буксировочный трос. Делается он из нитки, которая обваливается в расплавленной пластмассе и не должна быть задета краской.
Помню, собирая модель немецкого “Тигра”, произведенную французской фирмой, после склейки танка я обнаружил множество зазоров. Пришлось шпаклевать их расплавленной пластмассой и затем шлифовать. Должен заметить, мне приходилось работать с белорусскими, российскими, украинскими, немецкими, итальянскими, французскими моделями. У каждой фирмы-производителя свои особенности, стиль, качество исполнения деталей. И, надо сказать, белорусские модели выглядят весьма достойно.
Процесс сборки — сложный процесс. Надо учитывать все мелочи...
— Даже выхлопную трубу ржавого цвета?
— А как же! Все должно быть естественно: и серебристая двуручная пила на борту танка, и фары машин, и черные радиаторные решетки, и брезент на пушках танков Т-54 и Т-55, и, разумеется, ржавые выхлопные трубы...
Но сложнее всего с обозначениями, наносимыми на военную технику. Ведь модель без обозначения — недосказанная история. Восстанавливать ее помогают ветераны, старые фронтовые фотографии. Я убедился, что даже в тяжелые военные годы в нашей армии существовала достаточно стройная система бортовых обозначений военной техники.
— Какую из моделей, представленных в вашей коллекции, вы особо стремились заполучить?
— Трудягу ГАЗ-51 — самый массовый автомобиль в СССР. Его производство завершилось в 1975 году. За почти сорок лет было выпущено 3,5 миллиона автомобилей! Сегодня он в моей коллекции, как и многие грузовики военной поры, фронтовые работяги. А разве мог я отказать себе в удовольствии собрать легендарную “Катюшу”? Или первый советский танк “Русский Рено” “Борец за свободу товарищ Ленин” — танк с такой интересной судьбой? Танк “Рено” FT-17 был признан самым лучшим танком первой мировой войны. Эти танки оказались настолько удачными, что эксплуатировались еще в начале 1940-х годов. Красная Армия захватила FT-17 в марте 1919 года в бою с войсками Деникина. В качестве подарка машину отправили Ленину в Москву, который дал указание наладить производство аналогичной советской техники. Первый легкий танк “Русский Рено” был выпущен в августе 1920 года и сразу получил свое громкое название. Следует отметить, что в то время каждый танк, как корабль, имел свое собственное имя.
Безусловно, не мог я не заполучить в свою коллекцию и многие другие звучные образцы военной техники, к примеру, красивый американский танк “Чаффи”, уродливый, но очень совершенный немецкий “Фердинанд” (уже в те времена машина обладала электроприводом, двумя двигателями и двумя электрогенераторами), поступавшие к нам по ленд-лизу знаменитые “студебеккеры” и “виллисы” и другие.
— Юрий Николаевич, считаете ли вы сегодня свою коллекцию полной?
— Конечно, нет! Утвердительно на этот вопрос вам не ответит ни один коллекционер. В моих планах — пополнить военную коллекцию еще моделями английских танков серии МК, ставших родоначальниками всех танков. Мечтаю я и о многих других машинах — только вставлю две дополнительные полки в своем шкафу. И обязательно приобрету “Победу”!
Беседовала Валерия Дудинская. Фото автора.
| 
