Завтра в Минском Дворце спорта выступит легендарная группа U.D.O.
В конце 90-х она гастролировала по России, артисты выступали также и в нашем городе. Коллектив стал хэдлайнером на практически всех ведущих европейских фестивалях. Десятый студийный альбом U.D.O. “Mission № X” превзошел ожидания как поклонников, так и самых суровых скептиков — сногсшибательные боевики, мелодичные баллады и забойный хэви-ролл финальной композиции... В прошлом году мировое турне “U.D.O.” в поддержку альбома “Mission № X” прошло с необычайным успехом.
Корреспонденту “ВМ” довелось взять интервью у лидера и вокалиста группы Удо Диркшнайдера.
— Удо, кем вы мечтали стать в детстве?
— Лет в 12—13 я бредил путешествиями и мечтал стать коком на корабле. Но сейчас я нисколько не жалею о своем выборе, как музыкант я много разъезжаю по свету.
— Под влиянием каких исполнителей вы начали музыкальную карьеру?
— Может показаться странным, но я начал играть под влиянием Rolling Stones; но мы всегда звучали чуть более агрессивно. Затем были The Beatles, Jimi Hendrix, Deep Purple, Sweet, ранние записи AC/DC...
— Какой вы человек в семье?
— Хэви-метал — это сценический имидж. А так я человек семейный. Для меня очень важны семейные ценности. У меня дочь и сын. Все свободное время я провожу дома. У многих наша музыка ассоциируется с насилием, наркотиками. Но в жизни мы, музыканты из группы U.D.O., ведем себя совсем не так, как на сцене...
— Правда, что ваш сын осваивает барабаны и, быть может, когда-нибудь войдет в состав вашей группы?
— Сын еще подросток, хотя, действительно, активно занимается барабанами. Парень очень воодушевлен этим новым инструментом. А я не возражаю. Он ходил заниматься игрой на пианино и брал уроки гитары, но остановился все-таки на барабанах. Это — его.
— Ваши родители были против того, чтоб вы стали музыкантом?
— Мои родители никогда не запрещали мне заниматься музыкой, но и не были так уж довольны. А когда я достиг определенных успехов, они начали мной по-настоящему гордиться.
— Чтоб развеять все слухи, хотелось бы узнать из первоисточника, что явилось причиной вашего ухода из Accept в сольное творчество?
— К моменту записи “Русской рулетки” группа Accept стала слишком велика. Вокруг нас крутилось множество людей, имеющих большее отношение к шоу-бизнесу, нежели к собственному творчеству. Мне показалось, что пришло время задуматься, в чем секрет популярности нашей команды. Мы многое потеряли на всяких презентациях, съемках, коммерческих записях, в которых были вынуждены участвовать, чтобы обеспечить продвижение альбома на американском рынке. То есть приходилось подстраиваться под американских слушателей. Коммерческие интересы ставились во главу угла, а на творчество у нас оставалось все меньше сил.
— И все же, может быть, вы вновь уступите просьбам поклонников и объединитесь с Accept?
— Нет, мы настолько разошлись в стилях, что теперь это уже, наверное, невозможно. Да и главный композитор Accept — Stefan Kaufmann, бывший барабанщик этой группы, снова вместе со мной; теперь играет на гитаре. Он пишет музыку сейчас и для U.D.O.
— Меня поразила обработка бетховенской “К Элизе” из альбома “Metal Heart”. Не планируете ли вы и дальше обращаться к классическим произведениям?
— В наши аранжировки часто приходится вставлять коротенькие фрагменты из классики. Пожалуй, это интересные эксперименты, но мы не хотим все время повторять одно и то же. Надо смотреть вперед!
— Нравится ли вам творчество группы Rammstein?
— Да. В ее песнях есть элементы совершенно разных стилей — от хэви метал до электроники. Группа эта создает в своих песнях какую-то особую атмосферу.
— Многие рок-музыканты выступали с симфоническими оркестрами. Не хотелось ли вам сделать что-нибудь подобное?
— Metallica первой выступила с симфоническим оркестром, затем отметились Scorpions. Rage сделали совместный альбом. Конечно, было бы интересно, но мне кажется, что все это превращается в модные проекты ради денег. Я бы пока не хотел этим заниматься...
Вел беседу Артур Мехтиев.
| 
