На минском видеорынке появился фильм Паскаль Ферран “Леди Чаттерлей” с Мариной Хандс и Жан-Луи Куллоком в главных ролях. Он был показан на последнем Московском Международном кинофестивале и собрал большое число зрителей.
Скандально известный роман Дэвида Герберта Лоуренса “Любовник леди Чаттерлей” (по нему и поставлена лента) был издан в 1928 году и тогда же немедленно запрещен. Пуританское английское общество возмутили не философские взгляды автора на переживаемый “конец века невинности”, оборачивающийся распущенностью и цинизмом. А возмутил подробный, психологически достоверный портрет пробуждения чувственности в девичьей душе и эротические сцены, описанные столь откровенно. В Великобритании запрет был снят лишь в начале 1960-х годов.
Роман к тому времени уже был экранизирован во Франции Марком Аллегре. Впоследствии на экранах появились итальянская, чешская и даже японская версии, а также ряд проектов порнографического толка, спекулирующих на популярности книги. Но наиболее известны две британские постановки — 1981 года (организована мэтром эротического жанра Жюстом Жакеном) и 1993-го (снята Кеном Расселом). В 2006 году к произведению Лоуренса обратилась малоизвестная за пределами Франции Паскаль Ферран, и ее адаптация оказалась столь успешной, что получила 5 наград Национальной киноакадемии “Сезар”, включая номинацию “лучший фильм года”.
Ферран отнеслась к книге английского классика достаточно вольно и избавила свое творение от побочных сюжетных линий, от глубокомысленного анализа социальных устоев общества начала XX века. Она вычленила из многопланового романа линию сексуальных отношений аристократки Констанции Чаттерлей и хмурого слуги, исполняющего обязанности лесничего в поместье ее полупарализованного мужа сэра Клиффорда. Режиссер преподнесла зрителю красивую адюльтерную историю с сильным фрейдистским подтекстом.
Молодая женщина, ухаживающая за больным мужем в глухой провинции, влюбляется в малообразованного, внешне ничем не привлекательного слугу, который дарит ей радость секса и отсутствие какой-либо женской конкуренции. Констанцией движут “терзания плоти” и подсознательные поиски идеального мужа. Вот здесь и проявляется существенный минус картины. То, что в романе начиналось как “порнографическая связь” и переросло в глубокое, мощное, но ни разу не переданное на словах чувство — у Ферран той же “порнографией” и остается. И странно было услышать в финале диалог госпожи и слуги, признающихся друг другу в любви и мечтающих о совместной жизни. Что это будет за жизнь, построенная на одном половом влечении 20-летней девушки, воспитанной в холе и неге, и 50-летнего крестьянина, с чувствительной (по его же мнению) женской душой?
При всем уважении к режиссеру и благожелательном отношении к ленте, мне кажется, Паскаль Ферран придерживается совсем уж феминистской позиции. Перелицевав “Любовника леди Чаттерлей”, она не учла то, что по внутренней сути книга эта — еще и подспудный гимн фаллосу, о чем свидетельствует потрясающий монолог Меллорса о своем половом органе. Кстати, ни в одной из прошлых экранизаций данного эпизода не было. И эрекции крупным планом — тоже. В картине же Ферран такой кадр есть, но он совсем не нужен. Это расценивается не иначе как феминистский жест и художественная провокация.
Виталий Гирон.
|
