— Дедушка Мороз, Дедушка Мороз, очнись же, наконец, — хлопает по плечу сказочного героя Снеговик.
Они расположились на магазинной полке, почти незаметные, тонущие в море шаров, меркнущие в блеске мишуры. Да и сами соседи выглядели не слишком привлекательно. О былой прелести напоминал нос морковкой у Снеговика да борода у Деда Мороза.
— Чего тебе надобно, дорогой? Сиди тихонечко и жди своей очереди, — вяло отвечает дедушка.
— Прижали нас нынче, люди вон совсем не угадывают. Санта Клаус с Запада, крысы с Востока. Не очунять нам. Как обороняться-то будем, родимый? — не унимается Снеговик.
— Век такой. Слыхал, кризисы кругом. Народ раньше к Богу за добром обращался, потом партия о будущем гадала, а теперь вот по звездам читают, мышей ублажают. В прошлом году в поросят обряжались.
— А помнишь, как раньше-то бывало? За нами, только за нами приходили. Под елку усадить спешили. Уж сколько тут до Нового года осталось, а внучки твоей все не видать.
— Не зовут.
— Как не зовут? За детьми на утренниках подглядывал, во весь голос ребята кричали: “Снегурочка, ты где?” Мои братья и твои там хороводы водили...
— Да, а в магазинах нынче Снегурку совсем не спрашивают.
— А я поищу, может, где встречу нашу девочку.
И побрел Снеговик разглядывать пестрые столичные витрины. Обошел сто дорог и на одной из книжных ярмарок увидал-таки снежную сестрицу. Но та была сама на себя не похожа. Непривычно рослая, две косы вместо одной традиционной. Кукла в наряде сказочной героини. А суетливая толпа покупателей жадно листала гороскопы и с умилением теребила в ладонях скользкие фигурки мышей.
Ткнул Снеговик свою морковку еще в один прилавок. Тьма зверушек, игрушек. Вдруг видит, платья знакомые, посох. Точно, Дед Мороз со Снегурочкой. Вместе. В обнимку стоят, красуются. Нет, дедушка с внучкой так не обнимаются. Глядь, а из-под шапочек уши торчат. Да то крысы в костюмах новогодних персонажей!
Дальше пошел Снеговик и снова обознался. Обманула его бутылка шампанского, одетая в Снегурочку. “А как насчет открыток?” — разволновался он и заглянул в киоск. На открытых письмах красовалась все та же чужая сказка. “Может, растаяла, на дворе-то целый месяц было больше нуля”, — растерялся снежный сыщик.
И только в одном из универмагов встретил наконец Снеговик Снегурочку. С ней ее сестриц. Им не хватило места на полке. Они висели на крючках под соломенными снежинками. И никто не спешил их оттуда снимать. А рядом с витриной торжественно исполнял зарубежную песню Санта Клаус и хихикал в сторону русской сказки.
Видно, мы слишком легко расстаемся с тем, что нам близко. Жители Востока или Запада никогда не станут массово скупать Дедов Морозов, Снегурочек, Снеговиков, Петрушек. Они слишком любят себя и поэтому уважают свои творения. А наши сказочные герои чем хуже?
Ольга Косякова.
| 
