Поучительное кино

16-летняя Джуно МакГафф чувствовала себя счастливой, потеряв невинность с давно нравившимся ей одноклассником Поли Бликером, тем самым обретя вожделенный статус “сексуально активной” девушки. И несколько обескураженной, когда спустя пару месяцев выяснилось, что она беременна. Обескураженной, но отнюдь не несчастной. Ведь Джуно, невзирая на свой “нежный возраст”, оказалась весьма самостоятельной и предприимчивой личностью. Ввергнув новостью в шок отца и мачеху, она решает родить ребенка и отдать его на усыновление. А вот для молодой, обаятельной, материально обеспеченной, но, увы, бесплодной Ванессы Лоринг этот день воистину стал прекрасным, так как именно ее объявление из сотен подобных выбрала Джуно, которая клятвенно заверила, что после родов откажется от прав на дитя. И сдержала свое обещание — родила и отдала.

Теперь уже обескуражен зритель. Поступок Джуно кажется циничным, расчетливым, слабохарактерным и одновременно гуманным и благоразумным. Что плохого в том, что героиня отдает ребенка фактически чужим, но добропорядочным и обеспеченным людям? Такой выход предпочтительнее загубленной хлопотами юности и (что куда важнее) чудовищных “похорон” нежеланного дитяти в мусорном контейнере. Аморальность, если она и имеет место, можно приписать родителям Джуно, не желающим брать на себя груз ответственности и пожизненного звания “дедушка—бабушка”.

Причина зрительского недоумения кроется в новом, нестандартном подходе режиссера к актуальной теме. История, рассказанная в “Джуно”, вполне обыденна. Посему закономерно возникающие ассоциации с американской социальной комедией “Немножко беременна” и нашумевшей румынской психологической драмой “4 месяца, 3 недели и 2 дня” родственны лишь по центральному факту — “рожать иль не рожать”. В остальном же между тремя фильмами пролегает глубокая пропасть, ведь поступки героинь напрямую зависели от обстоятельств, устремлений, уровня жизни.

16-летняя Джуно МакГафф неизмеримо мудрее своих сверстников, которые “и жить торопятся, и чувствовать спешат”, и намного человечнее многих “взрослых детей”, отказывающихся от потомства по причине полной неподготовленности. Ванесса Лоринг персонифицирует старую как мир аксиому — не та мать, что родила, а та, что воспитала. И она несоразмерно счастливее других родительниц, считающих статус матери элементарным и прозаическим.