Соколенок — боль моя...

В уютной комнате сразу бросаются в глаза фотографии кудрявого мальчика и сияющей от счастья молодой женщины. Здесь же портрет 19-летнего Игоря. То же лицо, белокурые кудри, улыбка — такие же, как в раннем детстве.

— Просто мой сын не успел повзрослеть, — поясняет Людмила Петровна. — Его все называли “солнышком”. Мы с мужем оба родом из Беларуси, но тогда жили в Москве. Игорь с отличием закончил среднюю школу, поступил на социально-экономический факультет в Институт стран Азии и Африки. А это было нелегко. Устную математику он сдавал почти четыре с половиной часа. Лишь после такого испытания преподаватель сказал: “Ну что ж, молодой человек, данный предмет вы знаете...”. Игорь очень любил Восток и решил всю жизнь посвятить его изучению. Это увлечение у сына появилось не случайно. Мы несколько лет жили в Пакистане — туда отправили работать моего мужа, служившего в управлении контрразведки КГБ. Игорь учился в школе при советском консульстве, я сначала была бухгалтером в АПН, затем работала в местном Доме дружбы.

— Военные действия в этой стране были в самом разгаре: переводчиков с языков дари и пушту не хватало. Весь третий курс института специальным решением Совмина и ЦК КПСС командировали в Афганистан. Сын немного поработал в Кабуле. И вот однажды советнику афганского батальона “спецназа” понадобился военный переводчик, и Игорь ушел с ними на операцию по зачистке “зеленки”. Отряд попал в засаду. Тело Игоря не могли найти два дня. Он погиб 17 августа 1981 года, даже не успев съесть продукты из нашей последней посылки. А коньяк, который мы прислали сыну, ребята выпили на его поминках. Все это время я думала, что Игоря сразила пуля. Недавно же, перебирая личный архив умершего три года назад мужа, узнала правду. В Игоря попала граната — от него почти ничего не осталось. Но даже после смерти все лицо Игоря душманы искололи ножами.

Людмила Петровна часто ездит на Северное кладбище. После той трагедии семья сразу вернулась в Минск. Здесь родился второй сын Адамовых — Илья. Сейчас он учится на третьем курсе факультета международных отношений БГУ. Будущую профессию, как и старший брат, выбирал самостоятельно. Игоря никогда не видел. Но от родителей знает, что тот мог бы быть ему настоящим и братом, и другом. Игорь никогда не терял зря время: постоянно учился, играл на скрипке, на гитаре... Дома и теперь очень часто слушают его песни. Когда-то сын записал их на кассету для отца, часто уезжавшего в командировки и очень скучавшего без семьи. Одну из песен Людмила Петровна считает пророческой. Игорь поет о трагической стороне войны, внезапно погибшем молодом солдате, тело которого долго не могут найти.

— Эту песню сын написал задолго до отправки в Афганистан, — говорит Людмила Адамова. — До сих пор поражаюсь, где он взял такие проникновенно-грустные слова...

Разрешила Людмила Петровна прочитать мне (в нарушение всех просьб мужа) рукописный сборник стихов Николая Адамовича, посвященный памяти сына. “Не предназначены для публикации и цитирования в каких-либо изданиях” — написано на титульном листе. Из уважения к завещанию мужественного человека я тоже не буду этого делать. Скажу лишь, что в одной из поэтических строк автор сравнивает орден Красной Звезды с капелькой крови родного “соколенка”. Долгие годы полковник в отставке собирал данные о сыне. За 195 дней командировки Игорь успел получить, кроме ордена Красной Звезды, медаль “От благодарного афганского народа”, афганский орден третьей степени. Отец восстановил события более чем 20-летней давности по часам: по своим каналам он созванивался и встречался со многими очевидцами. Кстати, некоторое время Игорь работал в Афганистане с выпускником Института стран Азии и Африки, известным телеведущим Евгением Киселевым.

В московской школе N 109 бережно хранятся экспонаты музея боевой славы. Есть там пионерский галстук, некоторые тетради и октябрятская звездочка Игоря. В ближайшее время Людмила Петровна собирается передать школьникам альбом с фотографиями сына, другие его вещи. Помнят своего студента и в институте.

А еще в квартире Адамовых на видном месте висит портрет Игоря, написанный белорусским художником Леонидом Шакинко. Леонид Исидорович умер несколько лет назад, но успел выпустить удивительную книгу с рисунками “Афганистан — боль моя”. В ней рассказывается о многих не вернувшихся домой воинах-интернационалистах.

НА СНИМКЕ: таким навсегда останется в памяти родных и друзей Игорь Адамов.