Последний шанс

Свое письмо в редакцию Мария Дмитриевна Казакова начала словами: “Это крик о помощи, так как на наше государство я уже не надеюсь”.

Встретившись с Марией Дмитриевной, поговорив с ней, я все же считаю, что в ее случае государство особенно винить не в чем. Судьба этой женщины, как говорится, другим наука.

Тридцать восемь лет. Возраст, когда многое в жизни должно уже определиться, состояться... Что состоялось у Марии? Она и сама нередко думает над этим вопросом... Сухой остаток такой: есть ребенок пяти лет, есть работа охранника на МАЗе с окладом в 180 тысяч рублей... Вот, в общем, и все... Чего нет? Самого главного — крыши над головой. Совсем нет. Ребенка ей удалось пристроить в круглосуточную группу детского сада N 348. А сама Мария приходит ночевать в Дом ночного пребывания — туда, где перебиваются с ночлегом бомжи. На выходные дни забирает ребенка из детсада — мать и сын гуляют по городу, ночевать приходят на вокзал...

Что привело ее к таким незавидным жизненным обстоятельствам? Все просто. Даже слишком. Девять лет назад Мария познакомилась с человеком, вместе с которым уехала в Россию. Казалось, навсегда. Жили в Брянской области, в деревне. Жили нормально, мирно. Родился ребенок. Однако брак не регистрировали. Два года назад муж погиб в автокатастрофе. Его родственники предложили “гражданской” жене ехать обратно... И Мария вернулась в Минск. Здесь у нее два брата и сестра. У тех свои проблемы. Семья, в которой они выросли, никогда не считалась образцовой. Родителям было не до детей, братья и сестры росли каждый сам по себе. И выросли чужими людьми.

Вот и вся история... Кто тут виноват? Папа с мамой, не научившие детей дружить и выручать друг друга? Сама Мария, которая, создавая свою собственную семью, никак не оформила юридические права — свои и своего сына?

Дела семейные... Как ни странно, именно они сегодня очень часто приводят к тому, что человек отправляется жить на улицу. Слабые, плохие семейные связи — и как следствие неустроенность не только в личном плане, но и в плане социальном. Мария Казакова — яркий тому пример.

Ну а как же сейчас помочь этой женщине? Должна же она иметь хоть какую-то перспективу в жизни. Вариантов, понятно, мало. Мария Дмитриевна в разговоре со мной сказала в связи с этим вот что: “Одно остается — надеяться на счастливый случай. Среди читателей “Вечернего Минска” наверняка есть одинокий человек, нуждающийся в помощи, который смог бы приютить меня и моего сына. Я отплатила бы ему (или ей) только добром...”

Что ж, удача не баловала Марию Дмитриевну. Может быть, повезет хоть сейчас? Счастливый случай для сильных людей — лотерея. Для людей слабых — последний шанс...