Хлебопекам не до сна

Было уже совсем темно, когда мы поднялись на крыльцо хлебозавода "Автомат". Лишь суетливо вились вокруг фонарей снежные "мухи" да необычно ярко светились окна в цехах. В 23.30 начинается третья, ночная смена. Название завода говорит само за себя. Процесс выпечки продукции здесь автоматизирован и не прерывается ни на минуту. Ведь случись заминка в одном цехе, это сразу же скажется на работе других, так как все устроено по принципу конвейера. Трудятся здесь в основном молодые женщины. Мы ожидали увидеть людей пышных форм -- все-таки имеют дело с выпечкой, -- но работницы оказались довольно стройными. И, как всем женщинам, даже ночью им хочется выглядеть хорошо. Неважно, что подкрашенные глаза всю смену смотрят только на машины и на продукцию...

Изготовление хлеба начинается с закваски. Дрожжевод Светлана Астапович подвела нас к одному из восьми баков, в которых пузырилась жидкая желтоватая масса -- закваска. Спустя четыре часа через разборный бак она спустится по трубопроводу на этаж ниже, в тестомесильное отделение. Здесь автомат добавляет муку и другие компоненты. Медленно ползет, извиваясь, густая толстая колбаска и, перемешиваясь, наполняет специальную емкость -- в ней в течение двух с половиной часов тесто будет "подходить". Для батонов вместо закваски используют опару (дрожжевую основу). Подошедшее тесто машина делит, придает ему форму и обрабатывает паром для увеличения в объеме. Потом специальные "ежики" наносят углубления на сформированные заготовки, и конвейер один за другим отправляет белые ряды хлебобулочных изделий в печь.

У умниц-машин есть один недостаток: уж больно сильный шум они создают. Шум этот нарастает по мере того, как спускаешься с этажа на этаж, и работникам приходится разговаривать очень громко. Но люди к этому фону уже привыкли и почти не замечают его.

Надо признаться, у нас уже слипались глаза и все чаще взгляд невольно останавливался на темных окнах. Там, за ними, была глубокая ночь. Но зевающих работниц в белых халатах мы не заметили. Для них ночная смена (она выпадает по скользящему графику) была привычной.

Через окошечко в печи было видно, как движутся, подрумяниваясь, уже почти готовые желтые или коричневые булки. При виде их у нас засосало под ложечкой. Вспомнили, что прошло уже довольно много времени после ужина. Интересно, делает ли работающий персонал какие-то перерывы на "перекус" и что это вообще такое: обедом не назовешь, ужином тоже... Почему-то думалось, что едят в основном бутерброды (брак, видимо, бывает). Оказывается, "ночной обед" состоит из фруктов, йогурта, кофе или чая. Хлеб есть можно, но не хочется. Что касается брака, то его, как сообщила сменный инженер-технолог Надежда Рабковская, всего лишь один-два процента, и отходами это назвать нельзя. Не соответствующая стандарту продукция перерабатывается (замачивается водой и добавляется на замес теста).

Появившийся из печи пышущий жаром ароматный хлеб принимает... душ, теперь корочка станет мягче. И уже не машина, а человеческие руки берут его, укладывают в контейнеры и придерживают при упаковке в полиэтиленовую пленку. Это единственный ручной труд на хлебозаводе, если не считать отгрузки готовой продукции. Часть ее, не дожидаясь утра, развозят по 45 ночным магазинам столицы. За сутки, по словам пекаря-мастера хлебного цеха Валентины Десятник, хлебозавод "Автомат" производит 20--25 тонн батона и 60--65 хлеба (всего -- восемь сортов продукции).

...Гпухо урчал мотор машины с надписью "Хлеб", готовой вот-вот двинуться с места. Рабочие догружали последние контейнеры. Город еще спал, и только кое-где в домах появились первые светящиеся квадратики окон.