Как живешь, непоседа?



Газета: Вечерний Минск   Дата: 22 Июня 2004 г.   Рубрика: Природа, экология


Тот факт, что во многих белорусских городах за последнее десятилетие значительно уменьшилось количество воробьев, заметили многие. Зимние оттепели и первая весенняя капель не сопровождаются массовым -- звонким и задиристым -- чириканьем, способным поднять настроение даже в самую пасмурную погоду. Что же повлияло на численность этой маленькой городской птички? Может быть, взрыв на Чернобыльской АЭС? Не случится ли так, что в один далеко не прекрасный день нашего привычного серого непоседу придется занести в Красную книгу? За комментарием корреспондент "ВМ" обратился к специалисту по экологическому просвещению общественной организации "Охрана птиц Беларуси" Сергею Зуенку.

Обычно воробей не упустит возможности принять теплую "ванну". Лишь пригреет солнце, в любой лужице стоит шум и гам -- во все стороны брызги летят. Лужи без воробьев -- явление настораживающее. И опустели они действительно после чернобыльской катастрофы. Однако сам взрыв, как объяснил Сергей Васильевич, на состояние популяции не оказал прямого влияния. Конечно, воробушек -- существо нежное, но воздействию радиации подвержен не больше, чем остальные птицы. И если некоторые населенные пункты чернобыльской зоны остались без воробьев, то только потому, что отсюда ушли люди.

Из пяти видов воробьев, отмеченных в Европе, в Беларуси встречается два -- полевой и домовый. Проживая практически повсеместно на территории нашей республики, они стали человеку едва ли не самыми близкими пернатыми соседями. Число полевых воробьев вот уже полвека остается стабильным, а популяция домового в пределах Европейского ареала сейчас катастрофически снижается. Например, в Великобритании этих пернатых охраняют как исчезающий вид. 80 лет назад на территории Кенсингтонского парка в Лондоне насчитывалось 2,6 тысячи воробьев, к 2000 году осталось всего восемь (!) особей. Было отчего забить тревогу. В настоящее время английские орнитологи проводят исследования по выяснению причины происшедшего. Подозревают, что виной всему -- чрезмерная интенсивность сельского хозяйства, не учитывающая интересов птички, которая привыкла жить рядом с человеком. К счастью, до полного исчезновения воробьев в Лондоне дело не дошло. В Беларуси численность этой птицы за последние десять лет сократилась вдвое.

Воробей -- своеобразный биологический индикатор. По динамике изменения его популяции можно судить об окружающей среде в целом. Если плохо воробью -- значит, что-то неблагополучно и у человека. Для существования нашего пернатого соседа важны многие факторы: питание, убежище, место для гнездования и другие. Если хотя бы один из жизненно важных элементов выпадает, возникает угроза для популяции. 80 % пищи воробья составляют полусозревшие семена трав, в частности, горец птичий. Но в городе, тем более в столице, это растение не успевает созревать -- газоны периодически выкашивают. Правда, живя рядом с человеком, воробей имеет достаточное количество пищи, может, не всегда для него характерной, но зато доступной. Птенцов же кормят исключительно насекомыми. Кстати, если птица сыта, то она может перенести даже 30-градусный мороз и не погибнуть. В жилье воробей тоже непривередлив: гнездится в нишах и пустотах каменных зданий, вентиляционных шахтах, даже в полых бетонных столбах.

Естественными врагами, кроме кошек, являются врановые. Ворон и сорок в результате безграмотной деятельности человека развелось в городе очень много, и в борьбе за место под солнцем побеждает сильнейший. Возможно, это и есть одна из причин снижения воробьиной популяции.

Сейчас численность белорусского домового воробья стабилизировалась, и его судьба не вызывает опасений. Однако, учитывая общеевропейскую тенденцию, наши орнитологи считают необходимым держать ситуацию под контролем. Не зря в 2003-м именно воробей был объявлен птицей года...

Первый памятник воробью во второй половине IX века установили жители Бостона за то, что он спас население этого американского города от голода. Маленькая птичка быстро расправилась с появившимися в округе гусеницами, которые пожирали траву, листья деревьев, овощи, фрукты и зерновые. Всего же в мире существует два подобных памятника. Второй появился летом прошлого года в Барановичах.

Надежда Куликова.