Андрей Соколов: “С женщинами воевать нельзя...”

— У меня дипломы инженера и актера, я прошел курсы слесарей-сантехников, английского языка, сценаристов-режиссеров... Все это пригодилось мне в жизни, все закладывается в некую копилку. А еще я майор запаса, и поэтому у меня много друзей среди военных.

— Да. Хотя эта профессия в большей степени женская. Ведь актер зависит от продюсера, режиссера. Нужно удержаться, чтобы мужская гордость не была ущемлена тем, что ты должен кому-то нравиться, и при этом не обидеть никого своей категоричностью и неприступностью. Мы сами можем провоцировать интерес к самим себе. Есть люди, которые из своей личной жизни делают шоу и зарабатывают на этом деньги. Но это не моя черта.

Вот театральное училище берет студента и разбирает его по кусочкам. А затем собирает уже в таком нужном варианте, чтобы нервная система была отзывчива на все команды. Студент в руках режиссера превращается в пластилин, из которого лепится все, что режиссер захочет. Студент даже не понимает, каков он на самом деле, потому что ему не дают это понять...

— Нет, но из-за этого я много потерял как актер. Хотя я вытянул счастливый лотерейный билет, когда на втором курсе “Щукинки” стал известным на всю страну после роли в “Маленькой Вере”. Мне звонили с разных фестивалей. Спрашивали, к примеру, как я поеду на один из них — через Индию или какую-то другую страну. На что я отвечал: “Какой фестиваль?! У меня сессия”. Только сегодня я узнал, что тем самым потерял роль в двух картинах. Причем в Голливуде...

— Продюсер мюзиклов “Метро”, “Нотр-Дам де Пари” и “Ромео и Джульетта” — баронесса Катерина фон Гечмен-Вальдек, в девичестве Катя Урманчеева. Она помогла мне поступить в театральное училище. А однажды я провожал ее на киностудию имени Горького, где мне, пока я ее дожидался, предложили поучаствовать в кинопробах.

— Я люблю роли, в которых выражено мужское начало. Поэтому мне проще играть негодяев. Когда есть некая характерность в роли, в ней легче скрыться и быть. В 1994 году я снялся в фильме “Бездна, круг седьмой”. Эта роль была настолько мощна по энергетике, что я еще долго от нее отходил. Прошло десять лет, но до сих пор помню эту роль. Именно она, а не “Маленькая Вера”, моя визитная карточка.

— Предательство. После него начинаешь сканировать людей с особой тщательностью. С мужчинами в таком случае проще: дал в рожу — и решена проблема. А вот если предала женщина, то намного сложнее. С женщинами воевать нельзя. Можно только изолироваться... Надо жалеть людей, которые совершают предательства. С моей точки зрения, это люди больные, и лечить их нужно жалостью. Жизнь сама уже их покалечила. Ведь у них поражено самое главное — сердце.

— Я сел за руль еще будучи студентом авиационно-технологического института. Тогда была программа “Вираж”, так вот мы с моим партнером Савельевым стали ее призерами. Всего у меня было более десяти машин. А первую я приобрел в юности, так как начал зарабатывать с тринадцати лет. После 8-го класса получил профессию слесаря-сантехника, она-то и дала возможность накопить денег на первую машину. Еще я работал на БАМе и получал по тем временам колоссальные деньги...