Родня Шифрина говорит с белорусским акцентом

— Уже пятнадцать лет руковожу, как сейчас говорят, бизнес-структурой — маленьким частным театром. И на мне сходятся лучи очень многих интересов: материальных, творческих, социальных, организационных. В силу того, что я руковожу этим маленьким организмом, часто приходится принимать решения. Но мой советский опыт не приучил меня к этому.

— В прежней системе мы были колесиками-винтиками, хотя раскрашенные плакаты являли нам волевого, целеустремленного рабочего в спецовке и такую же активную его спутницу в сарафане. Мы практически не имели выбора, были лишены возможности принимать самостоятельные решения.

— После развала Союза вместе со словом “культпоход” мы забыли некое ритуальное отношение к театру, к эстраде, уничтожили внутреннее расписание наших обращений к искусству. Сейчас люди ходят в театры, на концерты тогда, когда позволяют деньги. Раньше же поход в кино или театр на выходные входил в обязательную культурную программу многих семей. Чтобы не потерять зрителя, артисты изобретают новые способы его завлечения к себе. Без публики мы жить не можем, поэтому выполняем ее запросы. Но тогда нас упрекают за невзыскательность жанра. Хотя, мне кажется, лучше эти упреки адресовать не артистам, а времени, в котором мы вынуждены творить.

— Да. Мой папа родом из местечка Дрибин Могилевского уезда, а мама — из местечка Ляды. Папина и мамина семьи переселились в начале 20-х годов в Оршу. Затем отец был сослан в Магаданскую область. Каждый год колымский отпуск родителей мы, дети, проводили у бабушки в Орше. Мне запомнилась большая улица Ленина, недалеко от которой и жила моя бабушка. У нее был большой огород и сад. У соседей — куры и коровы. Настоящая деревня рядом с центром города. Я до сих пор помню колонку в бабкином дворе с чистой вкусной водой. Как мы катались в парке на лодках, смотрели “Трех мушкетеров”.

Однажды по дороге в Витебск на “Славянский базар” я проезжал по Орше, которая сильно изменилась, и меня захлестнули воспоминания моего прекрасного детства. Я четко представил ту зеленую улицу, по которой бегал пацаном. Смело могу называть Беларусь своей родиной, потому что там выросла вся моя родня, все мои братья и сестры. Живя сейчас в разных странах мира, все они говорят с белорусским акцентом. Когда приезжаю в Америку, Австралию, Израиль, то слышу от своих близких едва уловимые “ц” и “ч”. Помню, как в детстве я повторял за братом стихи Якуба Коласа и Янки Купалы, что он учил по школьной программе.

— До сих пор помню бабушкину картошку-скороспелку, которую мы успевали попробовать до возвращения на Колыму. И сами понимаете, ароматные драники из нее.

— Что-то меня убедило в его целесообразности и в том, что на данной стадии эволюции человечеству вряд ли стоит отказываться от животного белка. Доводы вегетарианцев о том, что мы уничтожаем живые души, на самом деле лукавы, ибо растения — такие же живые существа, они способны к росту и воспроизводству.

Однажды на каком-то банкете я сидел рядом с Аллой Пугачевой и вдруг заметил: прежде чем съесть тот или иной кусочек, она что-то шепчет. Я говорю: “Это вы чего?” Оказывается, перед тем как отправить в рот что-то привлекательное и столь же вредное, она общалась со своей печенкой. Я спросил: “И что, все это действует?” А она: “Я точно так же разговариваю с собственным голосом, чтоб он меня не подводил”.

Я всеяден. Но мне нравится пища, над которой немножко потрудились. Не люблю полуготовый продукт из супермаркета, который всего лишь нужно разогреть в микроволновке. Сколько это хранилось? Где это лежало? Никакая вакуумная упаковка не убедит меня в “живости” этого продукта. Мне импонирует пища тех народов, у которых почти ритуальное отношение к еде. Поэтому мне очень близки корейская, японская и китайская кухни. Что касается кулинарных предпочтений, то нравится мясо, приготовленное на открытом огне, а не на сковороде. Очень люблю грузинское сациви. У меня есть приятель Нодар, он доктор, кандидат медицинских наук. Такого сациви, как у него, я больше нигде не пробовал.

— Не могу сказать, что сплю и вижу, когда подойду к плите, но проблем с приготовлением пищи у меня никогда не было. Единственное, в чем я дилетант, это сладости. Духовка заканчивается для меня запеканкой из мацы и простого пирога с яблоками. Среди моих знакомых я считаюсь специалистом по горячим первым.