Как Дым обрел дом

Помогать ничейным животным — дело весьма непростое. Как показывает жизнь, чаще всего этим занимаются люди, для которых кусок, отданный голодной животине, — не лишний, а порой последний. Люди, движимые абсолютно нормальным человеческим побуждением поддержать более слабых, вынуждены делать это тайком, под покровом темноты, дабы не навлечь праведный гнев тех, кто имеет законное право снять трубку и вызвать карательную бригаду отлова. Обездоленные животные и их покровители абсолютно беззащитны. А больше всего угнетает мысль, что нельзя помочь зверям по-настоящему — дать каждому Дом.

Недавно среди наших подопечных появился кот из другого мира. В ошейнике. Оказалось, что зеленоглазому красавцу в роскошной дымчатой шубке отказали в крове бывшие владельцы, не сумевшие совместить живого друга с “другом” булькающим. Пошипев денька два для порядку, подвальные коты приняли его в свою семью. Но все же каждый вечер, покушав из наших рук, добродушный пушистик начинал тихонько просить: “Ребята, ну а теперь-то уж — домой?!” А дома у каждого кормильца — по полному комплекту...

Опытные люди наставляли: если попытаетесь пристраивать, ни в коем случае не признавайтесь, что он живет на улице. Легко сказать: если и найдется каким-то чудом желающий притащить кота к себе, выдавая его за домашнего, а если не понравится, то, стало быть, опять отправить на улицу — и тогда предателем окажешься ты сам.

В объявлении я просила звонить после девяти. И ровно в 21.00 раздался звонок. Хороший молодой мужской голос лаконично поинтересовался, где и когда забрать кота. И я почувствовала: ему нельзя, да и не нужно врать. Сказала как есть: котик умница, ровно в половине восьмого он приходит на ужин, и его можно “брать тепленького”. На что молодой человек по имени Дмитрий без лишних вопросов сказал: значит, ждите в семь тридцать.

Не буду описывать, как волновались мы с подругой и единомышленницей Маргаритой, как летела я с работы, опаздывая на это свидание, ценой которого было счастье преданного людьми существа. И вот к Золушке приехала фея. А точнее, на “крутой тачке” двое славных молодых людей прикатили за брошенным уличным котом. Новый хозяин с улыбкой глядел, как ничего не подозревающий Дымка обстоятельно ужинает, а потом я бесцеремонно схватила нашего любимца, закатала в куртку, чтоб не вырвался, и затолкала в машину — навстречу новой жизни.

А звонков было на удивление много. Сочувствовали (в основном люди, у которых дома подобранные звери). Звонили и те, кто не уберег своих котов.

Звонок из пригородного поселка разбередил душу. Пожилая женщина Прасковья Павловна рассказала всю свою жизнь. Как много и тяжело работала, как помогала другим — ухаживала, к примеру, за парализованными больными, всего лишь знакомыми. Поведала совершенно поразительную историю: упала с крыльца, сломала шейку бедра, звала на помощь, но безуспешно, и ползла до телефона с четырех часов дня до... восьми следующего утра! И все эти мучительные часы поддерживали ее любимые звери — собачка да кошки. А насчет кота вот что рассказала: “Приятелька из Минска прочитала вашу газету и звонит: Павловна, Дымок твой нашелся! А я ей: эх ты, голова садовая, откуда ж они знают, что коток Дымком зовется, сам-то он не скажет. А все ж решила вам позвонить — вдруг это мой! Так горюю по нему!..” Ее любимец был замечен в чужом огороде — вторгся в священную частную собственность, и соседи его невзлюбили, а потом свезли куда-то — сказали, на соседнюю ферму. А проверить-то как: даже по дому Прасковья Павловна передвигается с большим трудом, а уж к врачу съездить — целая эпопея. Так и сидит в четырех стенах, ухаживает за Дымкиной сестричкой и двумя ее котятками и уговаривает себя, что сам он жив и в порядке.

Ну а наш Дымка, бывший изгнанник и уличный житель, теперь обитает в семье, где недавно от старости умерла любимая кошка и где ждут второго ребенка. Некоторые люди ввиду пополнения семейства освобождаются от четвероногой “заразы”, а Таня и Дима убеждены: дети должны ценить все живое, и так важно, когда ты проснулся, а у тебя под рукой счастливо мурлычет существо, которому ты дал Дом.