Престижная работа от Ингрид

Так, в июне 2000 года она объявила о наборе белорусских девушек для сотрудничества с российским мужским журналом "Андрей". Всего-то за 120 долларов с кандидатки. При этом демонстрировала им глянцевые портфолио других моделей, а также их журнальные снимки, в продвижении которых она, якобы, принимала участие. Между делом намекала на свои приятельские отношения с одним из издателей журнала. Ингрид объясняла, что деньги нужны на покупку фотоматериалов, изготовление снимков, другие организационные расходы. Как минимум 20 красавиц выложили нужную сумму. Сделка документально никак не оформлялась -- все на доверии. Для производства фотосессий мошенница сняла квартиру в Зеленом Луге и пригласила фотографа. Когда снимки были готовы, девушкам оставалось только ждать приглашения в Москву. Именно так обещала Ингрид. Через два месяца модели стали беспокоиться. Мошенница объяснила заминку тем, что передумала сотрудничать с "Андреем" и намерена открыть свой журнал -- "Ингрид-экспресс", где и будут опубликованы все фотографии. Нужно только чуть подождать. Ей верили.

Одна из обманутых девушек долгое время питала к мошеннице едва ли не дружеские чувства, неоднократно выручала с деньгами. Потом, когда дела наладятся, Ингрид клялась все вернуть! За несколько месяцев эта доверчивая особа добровольно вручила "подруге" 650 долларов США. Потерпевшая все-таки обратилась в милицию, но вполне здравомыслящей и практичной 27-летней женщине понадобился год, чтобы понять: ее водят за нос! Против мошенницы возбудили уголовное дело.

Десять парней и девушек из Минска, изъявивших желание работать на иностранных судах в качестве барменов и официанток, Ингрид препроводила в Одессу. В ожидании оформления документов они прожили там с июля по декабрь 2002 года. При этом плутовка обещала им, что все решится за 10 дней. Ровно на этот срок она заселила группу в санаторий. Все остальное время люди самостоятельно снимали жилье, звонили Ингрид, возмущались, но ждали.

О возможности такого трудоустройства Ингрид узнала из Интернета. Действительно, Одесская судоходная компания "Ролландия" подбирала барменов и официанток, но неотъемлемым условием для кандидатов было наличие украинского гражданства или хотя бы вида на жительство. Ингрид не сочла это препятствием. С новой идеей она пришла в минское ООО "Стеван" (в настоящее время оно ликвидировано). Там ей объяснили, что для такой деятельности нужно разрешение Министерства труда. Ингрид подготовила пакет необходимых документов. Параллельно, не дожидаясь ответа, развернула бурную деятельность, представляясь сотрудницей ООО "Стеван". Таким образом, в июле группа была уже в Одессе, а в августе из Министерства труда пришел отказ.

Как и в предыдущем случае, письменных договоров с клиентами Ингрид не заключала, да и документов они у нее не требовали... При этом Ингрид "нагрелась" в общей сложности на 2605 долларов США. Велись ли на самом деле какие-либо переговоры с руководством "Ролландии", следствие так и не установило. На запрос о взаимопомощи украинские коллеги пока не ответили, впрочем, как и российские, к которым следователь Светлана Крученок обращалась по поводу деталей сотрудничества Ингрид с "Андреем".

Почему Оксана, которая большую часть своей жизни провела в небольшом райцентре Минской области, вдруг стала называть себя звучным именем Ингрид, одному Богу известно. Возможно, чтобы запутать свои следы, а возможно, и для того, чтобы казаться аристократичнее. Все одураченные этой, прямо скажем, незаурядной мошенницей, знали ее именно как Ингрид, журналистку из Литвы -- деловую, преуспевающую женщину. Действительность были куда прозаичнее. За плечами у "журналистки" были средняя школа, ПТУ и работа на механическом заводе. Два замужества с последующими разводами, две судимости, которые она упрямо отрицает. Первая -- за хулиганство: избила девушку на вокзале, вторая -- за причинение легкого телесного повреждения: натравила своего пса на мальчишку. Дочка от первого брака родилась с церебральным параличом. Даже это обстоятельство мошенница неоднократно использовала как козырь в разговорах с клиентами. ("Ну как же я могу соврать, мой ребенок тяжело болен!") К слову, ребенка воспитывает мать Оксаны, материального содействия двум самым близким людям последняя не оказывает. Родная мать и та откровенно рассказывает, что Ингрид склонна ко лжи. Второй муж после развода не может выписать ее со своей жилплощади.

Все потерпевшие от ухищрений этой дамы утверждают, что Ингрид имела дар убеждения. Она говорила складно и проникновенно, и так продолжалось до того момента, пока не добивалась от собеседника того, чего хотела. Как только такое случалось, тут же утрачивала к нему всякий интерес. В этом смысле показательным является одесская история. Ингрид всю дорогу до Одессы жаловалась будущим "барменам и официанткам" на нехватку средств. Едва прибыв на место и разместив группу в санатории, она собрала деньги "на оформление документов". Тут же отправилась по одесским магазинам. Покупки едва уместились в такси, на котором в тот же день аферистка укатила на вокзал.

У следствия есть основания предполагать, что в милицию пришли далеко не все потерпевшие от рук мошенницы. Сотрудники правоохранительных органов призывают всех их обращаться по телефону 2505397 или 02.