| ||
![]() Профессиональный спорт порой жесток к тем, кто решил связать с ним свою судьбу. Стремительные взлеты и сокрушительные падения, минуты счастья и годы забвения, кровавые ссадины и переломы -- все эти неотъемлемые детали жизни атлета оставляют глубокий след в его душе. О необходимости подготовки спортивных психологов всерьез задумались в Беларуси лишь недавно. Три года назад в Белорусской государственной академии физического воспитания и спорта начали готовить специалистов в области спортивной психологии. О тонкостях будущей профессии этих студентов рассказывает заведующая кафедрой педагогики и психологии Людмила Владимировна Марищук. -- С чего начинается обучение будущих спортивных психологов? -- Студенты проходят углубленное тестирование. Сперва у нас, потом в НИИ физической культуры и наконец на специальной аппаратуре в БГУ. Все полученные данные конфиденциальны. Этический кодекс предписывает психологу иногда не говорить всю правду даже самому клиенту. -- То есть, результаты исследований вы не показываете студентам? -- Нет. На первом курсе они многого не знают и могут воспринять результаты теста слишком серьезно и неправильно. Студент может потерять интерес к учебе. -- Существует мнение, что в психологи идут люди, которые желают разобраться в себе? -- Есть такое мнение. И оно, наверное, не беспочвенно. Наблюдения за студентами-психологами показывают, что многие из них имеют глубокие личностные проблемы. Но это не относится к спортивным психологам, ведь они не просто врачеватели душ, они должны очень хорошо знать специфику спорта. ![]() -- Так ли нужны психологи спортсменам? Ведь очевидно, что свои проблемы атлеты охотнее доверяют тренеру? -- Конечно, сейчас наши спортсмены больше доверяют тренеру. Но если он неопытный -- может своего подопечного просто "загнать". Поэтому психолог нужен не только спортсменам, но и тренерам, которые пока не хотят это понять. -- Когда атлет особенно нуждается в помощи: до соревнований или после? -- Часто психолога приглашают только на время предсоревновательной подготовки или на период состязаний. Нас чаще игнорируют и после соревнований. А ведь иногда проигрыш переносится легче, чем победа (после блистательного триумфа на Олимпиаде в Афинах легкоатлетка Юлия Нестеренко не смогла справиться с нервным перенапряжением и была госпитализирована с высокой температурой. -- Прим. авт.). Ведь, с одной стороны, когда ты на высоте -- это счастье, а с другой -- страх от осознания того, что нужно удержаться на этой высоте. -- Какие еще проблемы атлетов часто приходится решать? -- Избавление от страха после травм. Многие, сломав ногу, больше не захотят прыгать... ![]() -- Но ведь сколько случаев известно, когда спортсмены с серьезными переломами продолжали борьбу и побеждали... -- Это люди с мощно развитыми волевыми качествами. Это спорт высоких достижений. А на среднем уровне: один раз упала спортсменка, получила серьезную травму и решит: "Пропади оно все пропадом!" Такой страх, к примеру, у горнолыжников часто встречается. -- Сколько студентов учатся по специальности спортивная психология? -- На третьем курсе -- 5 человек, на втором -- 16 и на первом -- 15. Часть студентов -- бюджетники, остальные обучаются платно. Среди студентов есть и профессиональные спортсмены: четыре кандидата в мастера спорта и мастер спорта Андрей Жигалко. Заочного отделения, к сожалению, нет. Я знаю, что многие действующие атлеты пошли бы к нам учиться, но только заочно. Возможно, скоро создадим и такую группу. Студентов наберем, как всегда, немного. Спортивные психологи -- "штучный товар". -- Конкуренции среди спортивных психологов сейчас нет? -- Нет. Скорее дефицит. Ведь в каждой детско-юношеской спортивной школе должен быть свой психолог. Думаю, что все наши выпускники найдут себе работу. Беседовала Ольга Артишевская. Фото с сайтов www.jaat.org и www.atptennis.com
|