Как украсть миллион долларов?

Итак, давайте заглянем в портфельчик Анны Павловны (тем более, что она сама просит нас об этом). Скорее всего, для тех, кто ворочает большими деньгами, в этом собрании бумаг нет ничего удивительного и непонятного. Однако для нас, “простых смертных”, в нем удивительно и непонятно все. Само собой напрашивается предположение, что “Вечерке” не стоило бы совать нос в такие дела — не зря ведь говорят: от многих знаний — многие горести. Но очень уж хочется исходить вот из чего... Сегодня обманывают — нахально, злобно, никого не стесняясь — Анну Павловну и ее друзей по несчастью, а завтра с таким же успехом могут приняться за нас с вами. Да и разве не обидно, когда за чужой счет процветают люди бесчестные?

Итак, группа минчан (включая и Анну Павловну) в 2004—2005 годах заключила с УП “Конверсион” договоры о долевом строительстве жилья. Все вместе они дружно, без задержек вносили средства на возведение жилого дома. Причем очень неплохого дома: центр города, современная планировка квартир, система центрального кондиционирования, оконные рамы повышенной комфортности, огороженная дворовая территория...

Откуда сама Анна Павловна взяла средства на такую дорогую затею? Во-первых, пришлось продать трехкомнатную квартиру, которую получил в наследство от родителей супруг (“Родину продал”, — невесело он шутит теперь). Во-вторых, был взят кредит — 21 тысяча у.е. А в-третьих, на определенном этапе, когда строительная удавка начала затягиваться в полную меру, пришлось Анне Павловне еще и одолжить 12 тысяч “зеленых” у доброй соседки Веры.

Примерно таким же манером собирали деньги на стройку и многие другие ее участники. В частности, Галина Витальевна Кермуни продала две квартиры — мамину однокомнатную и свою двухкомнатную. Очень уж ей хотелось переселиться в любимый район города — туда, где прошло ее детство... Сентиментальный она человек.

Для того, чтобы принять участие в строительстве, собрался продать свою трехкомнатную квартиру и Борис Васильевич Давыденков. Однако возникла проблема: при продаже квартиры нарушались права двух несовершеннолетних совладельцев жилья. Пришлось Борису Васильевичу обращаться за разрешением в администрацию Фрунзенского района. Заслушав доклад начальника управления образования, заседание администрации постановило: “Дать согласие гр-ну Давыденкову Б.В. произвести продажу трехкомнатной квартиры, в которой проживают несовершеннолетние Давыденкова Алена Сергеевна, 1988 г.р., Давыденкова Ксения Борисовна, 1995 г.р., без сохранения за ними права пользования отчуждаемой квартирой после приобретения ее покупателем, в связи со строительством квартиры в жилом доме N 9 в квартале улиц Калинина — Мержицкого — К.Чорного, с предоставлением несовершеннолетним права пользования новой квартирой”. Чиновники проявили понимание, пошли навстречу. Сейчас Борис Васильевич думает, что лучше бы они были завзятыми бюрократами и формалистами...

Почему люди так безбоязненно несли свои деньги организаторам строительства? Разумеется, автор этой статьи разговаривал со многими дольщиками, а не только с Анной Павловной, которая сейчас на свой страх и риск собирает документы, отражающие всё своеобразие этого проекта. Так вот, обманутые инвесторы строительства дружно заявляют: весьма обнадеживало, что заказчиком стройки выступила уважаемая и известная организация — Национальный Олимпийский комитет. И ведь, действительно, еще какая уважаемая! 4 марта 2004 года Мингорисполком предоставил ей участок земли под строительство 4—6—8-этажного двухсекционного жилого здания. Вскоре, 30 марта, НОК в лице УП “Олимпийский дом”, с одной стороны, и УП “Конверсион”, с другой стороны, заключили договор о строительстве. Таким образом, вырисовалась схема: Национальный Олимпийский комитет — заказчик, УП “Олимпийский дом” — субинвестор, УП “Конверсион” — инвестор. (Уточнение для читателей: слово “инвестор” здесь не стоит понимать в его прямом значении. В нашем случае инвестор никого не инвестирует. Он призван, главным образом, собирать деньги с граждан и организовывать и обеспечивать строительство).

Правда, некоторым дольщикам с самого начала было непонятно: а зачем здесь это лишнее звено — УП “Конверсион”? Неужели НОК не мог обойтись без посредника? Может быть, УП “Конверсион” — сильная, солидная фирма, хорошо зарекомендовавшая себя на строительном рынке? Не похоже. “Конверсионов”, между прочим, много. Есть “Конверсион-строй”, есть “Конверсион-инвест”... Маленькие фирмочки, во главе которых — совет таких же маленьких директоров. Основной вид деятельности того “Конверсиона”, с которым свела судьба наших невезучих строителей, — негосударственная оптовая торговля. Учредитель — российское ООО “Алтайметаллстройтехника”. И этой вот “серой лошадке” НОК в лице своего УП “Олимпийский дом” поручил организовывать дело.

Таковы были правила предложенной игры: деньги надо было нести именно в “Конверсион”. И люди их понесли. Трус, как известно, не играет в хоккей. А уж в эту игру — тем более.

Позвольте наивный вопрос: а зачем вообще Олимпийскому комитету надо было городить такой огород? Среди дольщиков, заключивших договоры с УП “Конверсион”, — кажется, всего один спортсмен...

Сейчас, почти два года спустя после начала строительства, стройка заморожена. Дело, которое начиналось весьма энергично и имело вполне достаточное финансовое обеспечение, зашло в тупик.

Дольщики полагают, что полностью рассчитались по заключенным договорам. Например, Анна Павловна Волчкова должна была внести в кассу строительства 41710 долларов — столько и внесла. Борис Васильевич Давыденков, с такими сложностями продавший трехкомнатную квартиру, справился с указанной в договоре суммой в 62646 долларов. Без задержек рассталась со своими 40212 долларами и Галина Витальевна Кермуни. Можно пройтись по всему списку дольщиков — практически все выполнили свои финансовые обязательства. Однако теперь, спустя два года после начала строительства, выясняется, что за квартиры надо заплатить, не исключено, еще столько же. То есть, несмотря на затраченные средства, “физические лица” вернулись к тому, с чего начинали...

Фокусов тут целый фейерверк. Начнем с сущей мелочи. Когда “Конверсион” заключал договора с дольщиками, непременным требованием было... поступление на работу на условиях совместительства. Иначе, якобы, никак нельзя. Заработная плата начислялась, но “совместители” ее не получали. Всего за 2005 год так было израсходовано более 38 миллионов рублей. Не такое уж мелкое финансовое нарушение... Нетрудно предположить, что из-за него кто-то лишился новой спаленки в своей новой квартирке. Ну, или, например, прихожей...

Теперь возьмем факт покрупнее и иного плана. Тут уж не о спаленке речь, а об очень и очень хорошей квартире. В соответствии с договором, заключенным между Национальным Олимпийским комитетом и УП “Конверсион”, последний обязался перечислить НОК 100 тысяч долларов США спонсорской помощи “после вынесения решения Мингорисполкома о строительстве жилого дома” и еще 100 тысяч долларов — в течение срока его строительства. Дело, спору нет, благородное. Однако законодательство предполагает, что источником уплаты таких благодеяний должна быть прибыль благодетеля. Что касается “Конверсиона”, то он за прибылью не гнался — облагодетельствовал спортсменов за счет дольщиков: все 200 тысяч у.е. были включены в себестоимость строительства и половина из них перечислена НОК. Легко быть добрым за чужой счет...

Но и это, как говорится, семечки. Вот, посмотрите, как непринужденно и легко уплыли в неизвестном направлении более 650 тысяч долларов (это ж сколько было бы квартир?). Есть некая фирма, именуемая ЧУП “Инвестстройкомплект”. С 12 ноября 2004 года она находится в стадии ликвидации. И почему-то именно ей “Конверсион” решил перечислить около одного миллиарда четырехсот миллионов рублей под поставку строительных материалов. Первая сумма на счет поставщика (это слово здесь надо бы ставить в кавычки) ушла 1 апреля 2004 года. Был день смеха. Видимо, наши “инвесторы” — большие ценители юмора. Месяц шел за месяцем, материалы категорически не поставлялись, но “Конверсион” упорно продолжал гнать деньги на счет “Инвестстройкомплекта” — вплоть до 7 декабря 2004 года. Что дальше? А ничего. Ни денег, ни материалов. 7 июля прошлого года “Инвестстройкомплект” по договору перевода долга изящно переадресовал всю сумму (вернее, ее некое виртуальное выражение) в Витебск — на счет УЧПСТП “Энергопромсервис”. С октября прошлого года эта фирма тоже дышит на ладан, ее деятельность приостановлена. Директор “Энергопромсервиса”, как он заявил позднее, договор перевода долга не подписывал, никаких финансово-хозяйственных взаимоотношений с УП “Конверсион” и ЧУП “Инвестстройкомплект” не имел. Впрочем, организаторы аферы, видимо, понимали, что этот фокус выглядит не убедительно и годится разве что для того, чтобы отвлечь внимание и потянуть время. Поэтому была осуществлена более сложная иллюзия, призванная показать, что исчезнувшие сотни тысяч долларов еще вроде бы как и не исчезли. С этой целью предприятие “Инвестстройкомплект” передало УП “Конверсион” безвозмездно в качестве отступного банковские векселя на сумму один миллиард триста пятьдесят девять миллионов. И что, как вы думаете, сделал с этими сомнительными бумажками наш удивительный инвестор? Как вы помните, у него есть учредитель в России — ООО “Алтайметаллстройтехника”. Вот учредителю “Конверсион” и переадресовал векселя — под поставку все тех же строительных материалов. Материализуются когда-нибудь эти материалы или нет? Пожалуй, фокус удался в полной мере. Не придерешься. Срок поставки материалов — первый квартал 2006 года. Квартал уже кончается...

А еще около 100 тысяч у.е. “Конверсион” направил на счет ООО со звучным названием “Грандэкспресс” — и с тем же эффектом. В этом случае даже не заключались договора на поставку товарно-материальных ценностей. Нет ценностей, нет и денег. Очень логично! Пропали и эти 100 тысяч у.е.

А еще... Да много чего еще! Ясно, что целая орда махинаторов кормилась с этой стройки. Миллион долларов не испарился! Лежит он, родимый, в чьих-то карманах, к чьему-то вящему удовольствию.

Ну а что же дольщики? А они, бедолаги, упорно продолжали играть ту роль, которая была им уготована.

Анну Павловну вызвал к себе директор “Конверсиона”: так, мол, и так, грабят! Совсем ограбили, мерзавцы такие. Строить не на что, а строить надо...

Помните, мы говорили, что Анна Павловна продала две квартиры, оформила кредит и еще взяла деньги в долг у соседки. Так вот, из этих средств около девяноста миллионов она внесла при заключении договора, а 37 тысяч долларов внесла теперь, когда директор доверительно сообщил ей о том, как “Конверсион” “грабят”. И деньги она отдала уже наличными.

Кстати, на все экономические расчеты, которые сопровождали данное строительство, смешно смотреть. Сделаны они с учетом установленных предельных нормативов стоимости одного квадратного метра. Все в них правильно. Только вот нет графы: наличные взносы.

Разумеется, не одна Анна Павловна поддалась на предложение, от которого нельзя было отказаться.

Галина Витальевна Кермуни перечислила по 600 у.е. за метр квадратный в “Конверсион” — через банк, а еще по 350 у.е. за метр — отдала из рук в руки.

Сергей Владимирович Глушков, в отличие от Галины Витальевны, видимо, торговался получше: у него соотношение сумм, внесенных официально и неофициально, чуть приятнее: 600 к 250.

У цыганок, выманивающих на улице деньги у доверчивых барышень, тоже индивидуальный подход...

Автор этих строк долго не мог понять: а почему же люди, которые видят, что их обворовывают, продолжают нести мошенникам деньги? Пожалуй, в нашей конкретной ситуации произошло то же самое, что случается, когда злоумышленники захватывают заложников: все — в одной упряжке, не выскочишь.

В декабре прошлого года Национальный олимпийский комитет, как и следовало ожидать, расторг договор с “Конверсионом”. Руководство сей фирмы теперь, похоже, может отдохнуть от трудов праведных и отправляться на все четыре стороны. Оно свое дело сделало.

Что касается “физических лиц”, принимавших героическое участие в финансировании строительства, то им предоставлено право на заключение договоров уже непосредственно с УП “Олимпийский дом”. Разумеется, на новых условиях. То, что пропало в “Конверсионе”, дольщикам в зачет не идет. Этот убыток они, получается, должны покрывать сами. Анна Павловна Волчкова отдала “Конверсиону” 89 миллионов — в зачет пошли 68 миллионов. Такая же история и у других вкладчиков. Всего в результате этого вычитания дольщики потеряли порядка одного миллиарда шестисот миллионов рублей. Если они все еще хотят строиться, им самим эти деньги и возмещать... Как вам эта арифметика? А о пропавших наличных просто помолчим. Наличные — дела личные... Хотя, говорят, на них закупались дешевые стройматериалы.

Разумеется, за минувшие два года цены на жилье выросли. А почему бы им не расти? Сами видите, какой бардак возможен в этом благородном деле. Ну а поскольку цены выросли, теперь квадратный метр стоит гораздо дороже. Кроме того, в договорах появился и новый пункт: прибыль (рентабельность) НОК должна составить 30 процентов от стоимости работ. Не слишком ли хороша награда за столь отвратительно организованное дело?

Честное слово, хочется ругаться плохими словами... Какая может быть прибыль с многократно обворованных? Угомонитесь, людей пожалейте. Им ведь, людям, эту треклятую стройку еще тянуть и тянуть...

...Однажды дольщики стали свидетелями того, как один из главных организаторов стройки обсуждал с кем-то ее проблемы. Обратив внимание на то, что “физические лица” слушают разговор, он сказал своему собеседнику: “Не надо говорить при быдле”.

Тряхануть бы хорошенько всю эту компанию... Есть ведь у государства необходимые для этого силы и средства. Тряхануть бы так, чтобы на вытянутых руках принесли то, что взяли. Глядишь, и жилье станет дешевле... А не трясти таких — в тихом болоте, сами знаете, что водится.

“Мы стали невольными участниками заранее спланированной игры — игры уродливой и жестокой”, — говорила Анна Павловна Волчкова автору этих строк. Именно так: уродливая, жестокая игра на деньги.

Вернем Анне Павловне ее опасный портфельчик. Пусть судьба хранит ее. И пожелаем ей справить все же новоселье в новом доме.

НА СНИМКАХ: новоселье в новом доме?; Анна Павловна Волчкова; Галина Витальевна Кермуни.