Афера Джанни Скикки

Всем хорошо известно: высокое оперное искусство в большой степени элитарно и требует, в отличие от поп-музыки, некоторых интеллектуальных усилий от слушателя. В данном случае и сама тема, и то, что на этот раз белорусская опера порадовала широкую публику исполнением на русском языке, и то, что поставлен спектакль в реалистической манере известным драматическим режиссером из Швеции Александром Нордштремом, — все это хорошо поработало на возможность расширить зрительскую аудиторию.

Судя по результату, актерам пришлась по вкусу работа по системе Станиславского. Смотришь на их достоверную игру — и порой возникают опасения за здоровье артистов, настолько естественно выглядят уколы, удары, потасовки... Отошедшая на второй план любовная лирическая линия сюжета практически полностью растворяется в теме наживы. Не вдаваясь в пересказ сюжета, замечу, что пройдохе Скикки в финале все же удается оказаться самым хитрым из жадных, и, как награда и дополнение к богатству, он прямиком отправляется в ад...

Словно купаясь в музыке острохарактерной, веселой, прекрасные вокалисты — исполнители главных партий — в бурлеске меняющихся ситуаций по ходу действия, видимо, и сами получают от спектакля наслаждение, даря его благодарной публике. В день премьеры особенно порадовал недюжинным драматическим даром, богатством тембровых красок народный артист Беларуси Владимир Петров. Этот исполнитель главной роли весь спектакль царствовал на сцене. Проникновенно спели свои лирические партии в тот вечер Татьяна Гаврилова и Эдуард Мартынюк. Впечатлили колоритными сценическими образами мэтры нашей оперы — народные артисты республики Наталья Руднева и Виктор Чернобаев, заслуженный артист Михаил Жилюк и еще целый ряд замечательных певцов. Музыкальному руководителю и дирижеру спектакля заслуженному артисту Беларуси Николаю Колядко удалось “поверить гармонией” театральное действо.

Несколько снизила восторженное впечатление от оперы не до конца проработанная световая партитура. Порой назойливо мелькали перед глазами быстротрансформируемые и в целом удачно придуманные декорации. Удручил монотонно-повествовательный характер финала-эпилога, который после красочных динамичных мизансцен воспринимался зрителями как выход артиста на поклон после спектакля.

Все это, как мне кажется, не мог не видеть прекрасный мастер театральных постановок Александр Нордштрем. После премьеры — она прошла на одном дыхании и была восторженно встречена публикой — режиссер сказал: “Самым сложным в работе над спектаклем оказалось то, что за пять дней до премьеры мы были вынуждены прекратить непосредственную сценическую работу над оперой. И многие задумки и наработки постановщиков, и большой энтузиазм актеров будут обязательно реализованы в ближайшее время”.