Как спасти дворец Ваньковичей?

А на правом берегу Волмы находится Татарская слобода. Когда было положено начало Смиловичам — неизвестно никому, но в 1996 году в горпоселке состоялось грандиозное театрализованное представление с джигитовкой наездников, посвященное 500-летию поселения татар в местечке. Полтысячи лет они живут здесь в мире и дружбе с белорусами, евреями, поляками, украинцами, русскими...

Смиловичами на протяжении веков владели такие известные роды, как Бакштанские, Кежгайлы, Сапеги, Завиши, Огинские, Монюшко, Ваньковичи, которые старались наилучшим образом обустроить свои владения, хотя новые войны и набеги чужеземцев с запада, востока и юга приводили к разрушению того, что было сделано ранее.

В 1791 году Смиловичи перешли к Станиславу Монюшко (деду будущего великого композитора), который был управляющим имениями гетмана ВКЛ Казимира Огинского. Новый хозяин был воеводским судьей Великого княжества Литовского и женился на Еве Войнилович. Как опытный хозяин он значительно поднял доходы своих фольварков благодаря их благоустройству и привлечению ремесленников. Из шести сыновей Станислава Смиловичи перешли по наследству к Казимиру (1795—1836), который был замечательным ученым-ботаником. В Смиловичах он основал великолепный ботанический и фруктовый сад из разнообразных экзотических деревьев и кустов.

Смиловичский парк, любовно созданный Казимиром Монюшко, перерезали две аллеи. Одна из них, которой смиловчане дали название “Аллея любви”, была обсажена елками и вела от “старого” дворца к Волме, месту, которое местные и теперь называют “Панским берегом”. По обе стороны аллеи тянулись фруктовые сады. Елки те давно вырублены, остались только липы. Вторая аллея шла от “нового” дворца до привратницкой, находившейся напротив костела и кляштара миссионеров. По всему периметру усадьбы уникальный сад защищали от ветров два ряда елок. Она также была обнесена ажурной оградой из старинного красного кирпича. Сейчас имеются лишь фрагменты ограды.

От Казимира имущество перешло к младшему брату Александру, женатому на Алене Жевусской. Войдя, благодаря браку, в знатную среду и распоряжаясь значительными средствами, архитектор и художник Александр Монюшко решил построить здесь новый пышный дворец в итальянском стиле, но не закончил его.

Затем Смиловичи перешли в наследство к его дочери Павлине, жене Лявона Ваньковича, маршала шляхты Минского повета. Последним владельцем поместья был их сын Лявон Ванькович, который в 1897 году женился на графине Стефании Броель-Платер.

Лявон Ванькович-младший после 1900 года завершил строительство, начатое предыдущими владельцами смиловичского поместья. Со временем два возникших в разные эпохи здания получили названия “старого” и “нового” дворцов.

До окончания строительства нового дворца Монюшко, а потом и Ваньковичи жили в старом, который позже служил в качестве гостиного крыла. Входной вестибюль там находился в башне. Комнаты имели скромное убранство, кроме длинного, но узкого бального зала, который был декорирован лепниной с большими зеркалами, вправленными в нее, а также хрустальными подсвечниками. С левой стороны дома располагалась бильярдная.

Бильярдному залу соответствовала столовая, расположенная рядом с зимним садом. Стены ее были покрыты дубовыми панелями и украшали поставленные вокруг на специальных полках ценные экземпляры старинного серебра, стекла, хрусталя и фарфора. Пол был сделан из нескольких сортов многоцветного паркета, выложенного в квадраты.

Помню, как во времена моего детства на этом великолепном полу скользили пары. Лет тридцать назад паркет варварски взломали и растащили. Верхнюю комнату обегал карниз. Салон был обставлен комплектом мебели, лакированной в белый цвет с золочением, обитой красным адамашком.

После революции все это было разграблено: частью уничтожено, а частью вывезено за пределы Беларуси, в том числе и знаменитые картины “Мицкевич на утесе Аюдаг”, “Александр Ванькович” и другие.

Об этом много говорилось недавно на международной конференции по программе “Открытое пространство”, в которой участвовали, кроме белорусов, немцы и голландцы. Она была организована при поддержке ОО “Экопроект” (директор Юлия Яблонская, менеджеры Наталья Андреенко и Ирина Ластовка) и называлась “Чистые и процветающие Смиловичи: мечта или реальность?”.

Участники конференции, в том числе эксперты международных фондов Олег Сивограков, Виктор Ермоленков и Дмитрий Карпиевич, внимательно осмотрев дворец Ваньковичей—Монюшко—Огинских и парк, констатировали, что западное крыло дворца, в котором теперь размещаются некоторые лаборатории Смиловичского сельскохозяйственного колледжа, имеет более-менее удовлетворительное состояние (хотя и тут есть масса проблем), а восточное крыло, т.е. “старый” дворец, полуразрушено, и с каждым днем это разрушение ускоряется. Пройдет еще какое-то время — и восстанавливать будет нечего.

Чтобы не допустить этого, необходима его неотложная консервация или восстановление. Но у государства в настоящее время денег на реставрацию практически нет. Где же выход? Директор музея Ваньковичей Наталья Сычева предложила обратиться к властям с просьбой о смене формы собственности дворца (он сейчас принадлежит смиловичскому колледжу) с тем, чтобы выставить его на аукцион. В Америке, Франции, Польше и других странах живут потомки Огинских, Монюшко, Ваньковичей, которые, думается, были бы не прочь инвестировать сюда деньги, восстановив дворец предков. Да и в России найдутся те, кто согласится поднять из руин смиловичский дворец: отдачу от этих инвестиций ждать долго не придется. Ведь Смиловичи находятся всего в 30 километрах от Минска и рядом с Национальным аэропортом. В восстановленном дворце Ваньковичей—Монюшко—Огинских можно будет открыть гостиницу для туристов, создать музеи этих славных родов, а также музей Хаима Сутина. Хотя Сутины и не владели этим поместьем, но Хаим родился в Смиловичах, жил здесь до 17 лет. Его картины на мировых аукционах стоят не меньше, чем произведения Марка Шагала. Со временем Смиловичи могли бы стать туристической Меккой.

НА СНИМКАХ: так выглядел дворец в октябре 1917 года; уцелевшая часть дворца Ваньковичей — в запустении; внутри “старого” дворца. 2007 год; река Волма, “Панский берег”.