Нелли Уварова: “Я все умею и могу!..”

— Я тогда совсем не хотела быть актрисой. Бредила профессией журналиста: хотела путешествовать по миру и делать всякие репортажи. Но, приехав в 14 лет в Москву, поняла: выбрала не самое интересное занятие. Случайно записалась на актерские курсы — это нравилось больше.

Очень важно понять, чего ты хочешь. Только так можно выбрать себе профессию. Вот моя сестра Лена, сколько ее помню, всегда ходила с мольбертом. Она знала свой путь и шла по нему с детства. Я смотрела и завидовала. Потому что меня спрашивали: “Нелли, кем ты хочешь быть?”, а я и понятия не имела. Лену даже не спрашивали — с ней все ясно было. Я тоже выпросила у мамы мольберт. Садилась рядом с Леной, открывала его и изображала из себя художника...

— Не пошло, но я люблю живопись. У меня с ней странные отношения: я смотрю на картину, и если она увлекает меня — цветом, сюжетом, техникой, то сносит крышу, и я начинаю фантазировать, придумывать историю. Очень часто в поисках впечатлений для новой роли отправляюсь в галерею смотреть картины.

— Никто никого не приводил. Хотя вначале в сериал пригласили Лену как художника по костюмам. И только спустя два месяца предложили мне принять участие в кастинге. Самое интересное, что во время съемок месяца два-три многие даже не догадывались, что мы сестры. Просто внешне мы очень разные, а на то, что у нас одна фамилия, никто не обращал внимания. Но вскоре я почувствовала, что молчать уже неудобно.

Так как во время подготовки к съемкам или в перерывах многие нахваливали нашу художницу Елену, восхищались ее фантазией и тем, как ее идеи передают суть персонажей, мое молчание на общем фоне выглядело странно, как будто я чем-то недовольна. А мне, наоборот, все ужасно нравилось. И хотелось с гордостью сказать: “Вы знаете, а ведь это моя сестра!” В общем, однажды я так и сделала. Кстати, Лена на съемках была еще и консультантом. Ее профессиональный опыт очень пригодился авторам сериала, когда для развития сюжета необходимо было отразить нюансы закулисной жизни известных модных домов...

— Сережа работает со мной в одном театре. И именно он начинал работу над сериалом. Но, предчувствуя ваш вопрос, я отвечу, что не с его подачи пришла на пробы. Меня пригласил главный режиссер Александр Назаров. Он мой педагог по ВГИКу.

Когда я спросила его, что за проект, он радостно произнес рабочее название: “Гадкий утенок”. Я оскорбилась: “То есть вы такого обо мне мнения?” Он стал оправдываться: “Да нет, ты же понимаешь, что потом он превратится в прекрасного лебедя!”

Кастинг оказался очень долгим, утвердили меня только через полтора месяца. Несмотря на то, что на роль пробовались уже... известные актрисы. Я слышала такую версию: чтоб гадкий утенок выглядел убедительно вначале, а позже превращение в прекрасного лебедя стало действительно сюрпризом, надо, чтобы актрису не знали в лицо.

С мужем, конечно, я советовалась, тем более что для него это был второй подобный проект. Сергей снимал “Талисман любви”. А он, можно сказать, умыл руки: “Наберусь смелости ничего тебе не советовать. Вообще ничего”. Как любящий человек он не хотел, чтобы я играла. Но как профессионал и тоже творчески жадный, понимал, что надо! Если бы Сергей встал на пути, то чувствовал бы вину, что не позволил мне попробовать. Мне трудно что-либо запретить, но это могло бы стать причиной нашей ссоры. Поэтому я сама определилась...

— Во время обучения во ВГИКе я была нарасхват, меня приглашали операторы и режиссеры с параллельных курсов. Они внушали: “Ты — актриса кино! У тебя амбивалентная внешность...” И с озвучиванием у меня всегда все получалось хорошо. И хотя мне хотелось в театр, я себя убеждала: “Нет, все-таки кино!”

Но в попытке предложить услуги в театре я себе не отказала, и меня взяли в Российский академический молодежный театр. Мне, конечно, интересно работать и на съемочной площадке. Но в театре я себя чувствую гораздо уютнее, потому что там идет работа каждый день. Я не тот человек, который любит сидеть и ждать новых проектов. Мне надо каждый день что-то делать и о чем-то мечтать. Театр в этом смысле — огромная школа, а каждодневный труд очень важен для артиста.

— Откровенной, неприкрытой ревности не было. То ли люди умные, мудрые, то ли просто все заняты собой и нет им дела до того, что рядом происходит. Так складывается, что мужчины, скорее, подшучивают надо мной, и я понимаю, с чем это связано. Такие большие проекты приносят финансовый успех. Подъезжаешь к театру на собственной машине, но ведь кто-то не может этого себе позволить. Что не связано с профессией, как ни странно.

В этом смысле мне никто не завидовал — наоборот, очень жалели. Люди, которые хотя бы раз сталкивались с жесткими рамками, понимают, насколько это сложно. Весь год, помимо участия в съемках, я играла спектакли и считаю, что это меня просто спасло. Иначе бы не выдержала. Мне нужно было переключаться.

— Отдых для меня прежде всего — смена деятельности. В театре мы играем в дружеский футбол, причем парни и девушки. Очень нравится путешествовать. Люблю читать. Хочу перечитать “Сто лет одиночества” Маркеса. На разных жизненных этапах всегда возвращаюсь к этому роману. Из российских авторов нравится Анна Скоробей. Мне по душе застолье с друзьями и родными — люблю готовить. Правда, в последнее время это происходит только на праздники.

— Я занималась баскетболом. Потом мы с сестрой ходили на художественную гимнастику. Актрисе необходимо быть в хорошей спортивной форме. Поэтому иногда в театр я езжу на велосипеде, совмещая приятное с полезным.

— Вначале проблемы практически не существовало, потому что я не выходила за пределы студии и перемещалась только ночью. А вот летом я впервые испытала очень странное ощущение. Где бы я ни оказывалась, мне сразу говорили: “Здравствуйте, Нелли” или “Здравствуйте, Катя”. Такое ощущение, что за мной везде наблюдают. Это очень ограничивает свободу.

А я вообще не публичный человек. Не люблю скопления людей, массовых праздников. Мне нравятся компании, небольшие компании близких мне людей. Я понимаю, что актерская профессия обязывает к популярности. Но проявления любви бывают разные. Мне, например, неприятно, когда меня хватают за руку пьяные мужчины, ведут себя панибратски. Первое время я надевала кепку, заматывалась почти до глаз. Но многие и в таком виде узнавали...

— Терпимости. Я понимала, что все устают так же, как и я, и поэтому редко поддавалась эмоциям. Ведь разрушить атмосферу на съемочной площадке ничего не стоит. К счастью, собрались люди, которые тоже это понимали. А еще я пришла к выводу, что нужно уметь прощать. Ведь необходимо находиться в контакте с людьми, особенно по работе.

— Я стараюсь не идти на конфликт. Единственное, чего не люблю, — это давления на себя, когда меня загоняют в угол. Но даже в этой ситуации я всегда пытаюсь оправдать человека, понять причину. И когда наступает предел, стараюсь поговорить напрямую. А вообще я доверчива. Но не с первой секунды, со второй. Первую беру на то, чтобы оценить ситуацию. И если в первое мгновение не чувствую никакой опасности, то могу открыться. В любой ситуации я настраиваю себя на то, что сейчас буду иметь дело с профессионалом. Иначе никакого результата не будет.

У меня был случай, когда я дала пощечину мужчине. Знаете, до определенного момента я не понимала, как это — взять и ударить человека. Но видимо, в жизни наступает момент, когда ты проходишь и через это тоже. Хотя я пытаюсь избежать конфликта. Но иногда нужно реагировать в секунду. Просто защищаться.

— Однажды я побрилась “под ноль”. В другой раз с подружками решили, что нельзя много времени тратить на сон, и отважились вообще не спать. Но с годами все меньше тянет на экстрим. Появляется некая ответственность. Теперь, прежде чем прыгнуть с парашютом или промчаться на мотоцикле, я думаю, что будет, если я окажусь в гипсе на пару месяцев. Сколько людей я подведу своими увлечениями. Хотя в характере это заложено. На сегодняшний день позволяю себе только рафтинг.

— Моя одежда или от Лены, или от ее друзей-дизайнеров. Последнее время одеваюсь только у российских модельеров. В магазины, в общем-то, не хожу, потому что никогда не испытывала недостатка в том, что надеть.

— У нас была замечательная бабушка, очень оригинальная личность, мамина мама. Так вот, у нее были даже не народные, а какие-то персональные рецепты. Например, она советовала использовать капельку шампуня как укладочное средство — нанести его на волосы и не смывать. Вместо пенки. У нее были свои, очень хитрые, способы, выработанные в течение долгих лет в условиях тотального дефицита. И она так и не привыкла к новым средствам красоты. Например, по старинке накручивала волосы на тряпочки и нам советовала. Мы всегда с почтением ее выслушивали, но не рискнули применить ни один из этих рецептов. А для нее они, несмотря на торжество прогресса, так и остались первоклассными.

— Я все умею и могу! Моя мама никогда не ляжет спать, пока не вымоет всю посуду, не проветрит все комнаты, а вокруг не будет идеальной чистоты. Теперь для меня это правило жизни. Я была еще совсем малышкой, бабушка брала меня с собой на рынок и объясняла: какие помидоры хороши, как должна пахнуть зелень, как выбрать мясо. Мне до слез жалко, что из-за нехватки времени все мои таланты пропадают зря. Боюсь, все знания улетучатся. Но это, может, пока детей нет. Появятся дети — будет возможность их применить.