Из когорты разведчиков

За подписью Морского в штаб Брянского фронта систематически шли радиограммы о переброске гитлеровских частей на орловском направлении. Из Франции и Германии перебрасывались пехотные дивизии, передислоцировались авиационные группы из Норвегии, Франции и Германии. Поступали новые танки “Тигр” и “Пантера”, штурмовые орудия “Фердинанд”. Кроме этого, разведчик указывал места сосредоточения, численность войск. Морской передал сообщение о предполагаемом наступлении фашистов в районе Курской дуги летом 1943 года.

Бабенко возобновил работу по сбору сведений о противнике, особенно о передвижении железнодорожных составов через станцию. Морской предложил ему оставлять записки в “почтовом ящике” на Кузнечной улице, откуда их будут брать его связные. Пантелей Прокофьевич снова обрел смысл жизни.

Между тем из Центра просили уточнить сроки предполагаемого наступления немецких войск. Где они, эти источники, хранящие нужную информацию? Кто о них скажет или покажет? Более того, их тщательно скрывают. А знать надо.

И Морской решил ехать в Гомель в “командировку”. Необходимо попасть в какую-нибудь гостиницу, где останавливаются на один—два дня офицеры, следующие на фронт или с фронта. В дороге или в гостинице люди очень быстро знакомятся, делятся дорожными впечатлениями и разъезжаются. В этом разговорном потоке можно почерпнуть немало полезного.

На попутной машине доехал до Гомеля. На КПП спросил адрес военно-полевой комендатуры. Офицер внимательно просмотрел удостоверение и “командировку”, козырнул, вернул документы и назвал адрес.

Город был набит гитлеровскими войсками. По цвету погон, по эмблемам на машинах он узнавал части, которые прибыли из Франции и Норвегии. Все переданное на большую землю подтверждалось. Теперь он мог дополнительно сообщить адреса штабов.

В казино гостиницы Морской оказался за одним столом с двумя молодыми офицерами — Вилли Зингером и Эрихом Брауном.

— Отто Краузе, — отрекомендовался Морской, — с фронта. Прибыл на три дня в командировку.

В ходе разговора о предстоящем летнем наступлении немецких войск Эрих Браун заметил: некоторые считают, что оно начнется 2—6 июля 1943 года.

...Радист Юрко ждал своего командира в партизанском отряде № 41. Корзюков передал ему сведения о передвижении немецких войск, о строительстве оборонительных сооружений на берегу реки Сож. Юрко сообщал об этом в Центр и добавлял, что Морской, который ушел в немецкой форме в Гомель, пока не возвратился.

Только к вечеру разведчик добрался до партизанского отряда. Едва поздоровавшись, продиктовал Юрко радиограмму. Доложил о предполагаемых сроках наступления вражеских войск, о составе группировки, сосредоточенной южнее Орла.

Через некоторое время Морской получил радиограмму из Центра, в которой говорилось, что Сергей погиб под Кричевом, а рация его группы разбита. Морскому было приказано взять ребят из группы Сергея — Лешу и Володю — в свое подчинение.

Кроме того, по просьбе Морского Семен Корзюков выделил в его распоряжение группу разведчиков. Назревали крупные события. Требовалось контролировать железные и шоссейные дороги на Рославль, Брянск, Орел, Смоленск. Нужны глаза и уши в Гомеле, Могилеве, Орше, Новозыбкове, Унече, Кричеве, Клинцах.

Через своего осведомителя — подпольщицу Катю Станюкевич — Морскому удалось завербовать старшего официанта казино при гостинице для немецких офицеров в Гомеле Ивана Кузьмича, который хорошо знал немецкий язык и мог услышать много ценного из разговоров немецких офицеров, в том числе и сроках летнего наступления немцев. После длительного ожиданиия в конце июня Катя нашла в почтовом ящике подробную записку от Ивана Кузьмича, в которой он сообщал обо всем услышанном в казино от немецких офицеров. Через несколько часов Юрко уже передавал эти сведения в Центр.

Морской получил вторую рацию. И Володя с Лешей обосновались под Новозыбковом. Там продолжал работать Бабенко. Через подпольщиков сведения о передвижении противника попадали к разведчикам. Но незадолго до освобождения города Бабенко и связные Морского попали в застенки гестапо и были расстреляны...

В начале октября 1943 года в районе Краснополья разведгруппа Морского встретилась с частями 3-й армии Брянского фронта, вступившими на территорию Восточной Белоруссии.

После освобождения Краснополья командир партизанского отряда С.Н. Корзюков работал секретарем Краснопольского райкома партии. В архиве хранится очень ценный документ, который он дал Морскому для следования в Москву. Приведем его текст:

“Удостоверение

Настоящее выдано командиру группы спецзадания тов. Морскому в том, что он со своей группой в составе 3 человек находился в тылу противника на территории Могилевского подпольного обкома КП(б) Б с 15 мая 1943 г. по 5 октября 1943 г. и выполнял правительственное задание.

После освобождения территории Красной Армией он со своей группой и радиостанцией тип Север Бис-2 возвращается в г. Москву на доклад о выполнении задания.

Просьба ко всем воинским и гражданским организациям оказывать всемерную помощь в деле продвижения к цели...”